Прокатная десятка

Обзор «Ъ-Weekend»: «9 мая 2017-го, пятью месяцами раньше Дональд Трамп занял президентское кресло. В этот день в новостях трубят о неожиданной отставке Джеймса Коми — главы ФБР, тайно расследовавшего участие российских оперативников в предвыборной кампании Трампа. 25 дней спустя двое агентов ФБР (Маршант Дэвис, Джош Хэмилтон) постучат в окно Реалити Уиннер (Сидни Суини), молодой военной переводчицы, которая вскоре получит самый большой в американской истории срок за слив СМИ секретных документов. Детальная расшифровка их последующей беседы легла в основу докудрамы Тины Саттер, уникального в своем роде упражнения в вербатиме…

Все повествование в фильме строится на деталях и сдержанных реакциях, которые камера внимательно рассматривает крупным планом. Дополнительное значение микрожестам придает и тревожный саунд-дизайн, выдаваемый малыми порциями и не слишком отвлекающий на себя внимание. По мере приближения кульминации и роста напряжения возрастает и количество сюрреалистических приемов: появляются глитчи и помехи, исчезают персонажи из кадра в местах, где стенограмма купирована для сохранения государственной тайны. Их однотипность и избыточность — пожалуй, единственный недостаток картины, от которого, впрочем, не так сложно абстрагироваться, сфокусировавшись на внутренней драматургии.

"Реальная история Уиннер" — безусловно, политический фильм. Его главная удача в том, что авторам удается удержаться от дидактики, в чем не последнюю роль играют эксперименты с формой. Компрессированная эмоциональность работы Саттер вырастает из пауз и недомолвок, тех скрытых сил, что кроются за масками обыденности и ординарности. Импульсивное решение 25-летней переводчицы предать огласке секретный отчет разведки имел самые серьезные последствия как для политической жизни страны, так и для ее собственной».

Подробнее о фильме — в материале «Ъ-Weekend» «Реальности недостаточно».

Кинокритик Андрей Плахов: «В предыдущей картине действие происходило в профессиональной среде режиссеров и актеров театра, репетирующих "Дядю Ваню". Новая — по контрасту — погружает зрителя в жизнь деревни, протекающую в гармонии (возможно, иллюзорной) с природой. Это своего рода анклав, совсем недалеко от Токио, но чудесным образом изолированный от безобразий цивилизации. Такуми (Хитоси Омика), местный авторитет и одинокий отец восьмилетней дочери, похож на дух этого заповедного места. Он находится в спиритуальном контакте с растительным и животным миром, а на пропитание зарабатывает нелегким крестьянским трудом: рубит дрова для соседей, наполняет бутылки чистейшей родниковой водой и возит их в деревенскую лапшичную. Слита с природой и его дочь Хана: в окрестном лесу ей знакома каждая ветка, каждый олений след, она ловит лучи солнца над кронами деревьев и замерзшим озером.

Однажды Такуми и его односельчане узнают, что неподалеку в горах планируют построить глэмпинг, предлагающий жителям японской столицы комфортный побег на природу. Первая часть фильма — дебаты обитателей деревни с менеджерами строительной компании, которые очень быстро обнаруживают свою некомпетентность. В процессе сначала вежливого, но все более напряженного разговора выясняется, что проект несет загрязнение воды в подземном источнике, а также множество других печальных последствий, включая разорение оленьей тропы. Жители пытаются протестовать, но силы неравны, а на карту поставлены прибыли компании. Прежняя патриархальная жизнь обречена и явно подходит к концу. И тогда, похоже, в ход событий вмешивается сама природа: как неотвратимый рок, она ведет к трагедии».

Подробнее о фильме — в материалах «Ъ» «Стычка города и деревни» и «Невозможность острова».

Кинопрокатчик «КарроПрокат»: «Сергей — врач скорой помощи. Его лучший друг, немец Пауль, раньше перегонял машины в Россию из Германии — так они и познакомились. У Пауля есть и еще одно увлечение — антиквариат. Он — "черный копатель": ищет на полях сражений немецкие награды, каски, оружие и продает их за бешеные деньги. Однажды во время раскопок друзья находят засыпанный блиндаж, который переносит их в 1941-й год и сталкивает лицом к лицу с войной — с бойцами, чьи имена они ещё утром видели на могилах. Понимая, что они все обречены, Сергей и Пауль принимают противоположные решения, которые в корне меняют их жизни».

Обзор «Ъ-Weekend»: «Неуловимо напоминающий Демну Гвасалию Элиас Барнес — новая звезда модной индустрии. Его недавно назначили арт-директором знаменитого бренда с многолетней историей. После первого же дефиле глянцевая пресса в унисон хвалит Барнеса, называя наследником Ива Сен-Лорана и Кристиана Диора. Увы, в разгар рекламной кампании Элиас получает печальное известие — отец, с которым он не общается с юности, скоропостижно умер в Канаде, завещав ему все имущество. Отложив дела, Элиас летит из гламурного Парижа в одноэтажную провинцию, с отвращением заказывает экспресс-похороны, покорно разбирает пожитки, намереваясь отдать накопленный усопшим хлам благотворительным организациям. Побыстрее расправиться с траурными мероприятиями мешает сосед и по совместительству единственный друг отца Ив, объясняющий Элиасу, что у них так не положено, надо посидеть, выпить, помянуть. Когда Элиас в поисках сносной бутылки для горюющего Ива спустится в подвал, за винным шкафом он обнаружит дверь, что станет без преувеличения порталом в ад. Наследство окажется проклятьем, а сыну придется ответить за отца — возможно, даже расплатиться жизнью.

"Наследник" — второй фильм Ксавье Леграна, актера, начинавшего свою карьеру у Филиппа Гарреля и его музы и соавторки Брижит Си. Довольно быстро Легран решил, что ему тоже есть чем поделиться с городом и миром. Его дебют "Опека", вроде бы правозащитная драма о домашнем насилии, а на самом деле абсолютно хичкоковский триллер, в 2017 году получил "Серебряного льва" за режиссуру в Венеции и еще несколько "Сезаров"… "Наследник", как и "Опека",— триллер, интрига которого проистекает якобы из отсутствия взаимопонимания и любви между ближайшими родственниками. И в этом смысле с годами Легран все больше становится похож уже не на Хичкока, а на его последователя Клода Шаброля, виртуозно умевшего сочетать искусство жить с искусством убивать».

Подробнее о фильме — в материалах «Ъ» «Не смотри назад» и «Сон за отца не отвечает».

Кинопрокатчик «Russian World Vision»: «Сиенна — успешный тренер по боксу. Однажды она узнает, что ее парень Джэкс, действующий чемпион, изменял ей с ее же сестрой. Разъяренная, она решает отомстить бывшему самым болезненным способом — она берется тренировать единственного боксера, который может свергнуть Джэкса с пьедестала. Но то, что начиналось как план мести, постепенно перерастает во что-то большее».

Кинопрокатчик «Вольга»: «Катя полностью разочаровалась в мужчинах, а Саша не может и дня прожить без новой женщины. Случайность сделала их соседями, которым не ужиться вместе. Решив перевоспитать самоуверенного бабника, Катя использует все средства, чтобы превратить его жизнь в сущий кошмар. Однако игра с огнем может дорого обойтись, ведь от ненависти до любви всего один шаг, даже если в любовь не веришь…»

Кинокритик Юлия Шагельман: «Для главной героини в исполнении Джоди Комер конец мира, каким она его знала, рифмуется с началом новой жизни: в тот момент, когда вода заливает ее лондонский дом, у нее самой отходят воды. Водными метафорами вообще пронизан весь визуальный ряд фильма — здесь не только дожди, но и водопады, и море.

Вода может быть как угрозой, так и спасением, героиня бежит от нее, чтобы сохранить жизнь себе и ребенку, но снова погружается в нее, чтобы обрести утраченное было в скитаниях ощущение собственного "я".

Ей удается благополучно родить во все еще работающей больнице, куда в последний момент прибегает обеспокоенный муж (Джоэль Фрай). Сына они называют Зебом, и он единственный, кто в фильме получает имя, все остальные персонажи так и остаются безымянными. Поскольку их дом затопило, а Лондон стал непригодным для жизни, пара с новорожденным уезжает в сельскую местность, к родителям мужа (Марк Стронг и Нина Сосанья), прозорливо успевшим запастись продуктами. Дожди временно прекращаются, и герои получают короткую передышку, во время которой устанавливается связь матери и ребенка, а также показывается, насколько близки и привыкли полагаться друг на друга муж и жена, она на него — явно в большей степени, хотя в ней сразу же чувствуется та сила характера, которую она сама, возможно, еще не вполне осознает.

Однако семейная идиллия длится недолго, случается новая беда. Пожалуй, это самое слабое место во вполне крепком сценарии, не следующее внутренней логике сюжета, а явно нужное авторам только для того, чтобы поставить героиню в ситуацию, где ей придется рассчитывать только на себя. Ее муж, до того вполне уверенно исполнявший роли защитника и кормильца, совершенно ломается. Понимая, что стал теперь не опорой, а обузой, он оставляет жену и сына в одном из немногих убежищ для пострадавших от наводнения. Дальше весь свой путь во враждебном мире героиня пройдет только вместе с ребенком».

Подробнее о фильме — в материале «Ъ» «И тому потопное».

Кинокритик Михаил Трофименков: «"Спящие псы" — не столько фильм, сколько роман в мягкой обложке. Его не столько смотришь, сколько перелистываешь страницу за страницей, испытывая одновременно удовольствие и досаду от неторопливого ритма и банальности сценарных ходов.

Достаточно увидеть, как один из персонажей заглатывает пиво из горла, чтобы понять: что-то с этим бывшим копом не в порядке, честные люди так пиво не хлещут. Или заглядеться на чересчур яркую губную помаду аспирантки факультета психологии, чтобы почуять: не иначе как прячет она в трусиках пистолет, который в урочный час выстрелит. Или уколоться о неопрятную бороду совсем уж, казалось бы, второстепенного персонажа-мусорщика, чтобы унюхать в нем наемного палача.

Но, в конце концов, в этом и заключается прелесть неонуара. В узнаваемости жанровых масок: падший коп; его какими-то страшными и тайными воспоминаниями измученный напарник; роковая женщина, меняющая имена и личины как перчатки; распутный интеллектуал. В предчувствии финальной перестрелки, в которой полягут почти все фигуранты. В натужном реве автомобиля, выпрыгивающего на тротуар, чтобы размазать по стенке главного героя. В пришпиленных к стенам жутких фотографиях с места убийства, в которые герой бесконечно всматривается, пытаясь понять, что когда-то упустил в ходе расследования.

Прелесть неонуара и в финальном моральном крахе героя, в открытии условно невероятной правды о преступлении, совершенном лет десять назад, да вдруг и всплывшем на поверхность. Ровнехонько за месяц до того, как нервного афроамериканского жулика, осужденного за зверское и бессмысленное убийство профессора, должны наконец-то посадить на электрический стул».

Подробнее о фильме — в материале «Ъ» «Досадное уразумение».

Кинопрокатчик «Global Film»: «Несколько лет назад Мойра пережила настоящий ад: ее кузен устроил резню и убил почти всех ее родственников и других невинных людей. Психа так и не удалось поймать, и каждую осень убийца напоминает о себе. В городе его даже прозвали маньяком по кличке Череп. Когда листья начинают желтеть, город погружается в страх и панику. И только детектив Сайферс может вернуть покой гражданам, но для этого ему придется отыскать неуловимого убийцу».

Кинокритик Андрей Плахов: «Амнезия, потеря памяти — заезженный мотив коммерческого кино в наши дни оброс новыми вариациями. Ключевым тут стал еще "Мементо" (2000) Кристофера Нолана, где герой отчаянно борется с потерей короткой памяти. Другая важная вариация на тему — "Вечное сияние чистого разума" (2004) Мишеля Гондри: о том, что делать с воспоминаниями. В фантастических фильмах их часто предлагают "стереть" или заменить фиктивными. Память как феномен не дает покоя кинематографистам наших дней. А тут еще в моду ворвалась старуха-деменция, тоже породив целую череду однотипных сюжетов.

Теперь в заезженную колею попал Мишель Франко. С тех пор как двенадцать лет назад совсем молодого мексиканского режиссера отметили призом программы "Особый взгляд" в Канне за фильм "После Люсии", он успел собрать целую коллекцию престижных фестивальных наград. Вот и "Память" поощрили в прошлом году в Венеции Кубком Вольпи за роль, сыгранную Питером Сарсгаардом.

Популярный актер легко вживается в образ Сола — симпатичного пятидесятилетнего мужчины, страдающего деменцией: в его памяти не удерживается не только собственное имя и адрес, но даже информация о том, где дверь туалета, из которого он только что вышел. Джессика Честейн, одна из лучших актрис Голливуда, воплощает "другую сторону памяти": ее героиня Сильвия, мать тринадцатилетней дочери, не может избавиться от тяжких воспоминаний школьных лет, когда соученики принуждали ее к сексу, а мать считала это пустыми фантазиями. Девушка долго заглушала травму алкоголем, но и теперь, избавившись от этой зависимости, подвержена другой: она боится мужчин, запирает дверь своей бруклинской квартиры на несколько замков и включает сигнализацию. При этом она успевает контролировать дочь и ухаживать за пожилыми пациентами в социальном центре. Знакомство двух главных персонажей происходит на встрече однокашников, куда — не очень понятно зачем — заносит героиню».

Подробнее о фильме — в материале «Ъ» «Вымучить на память».