Дмитрий Медведев подписал вчера указ, устанавливающий двухгодичное "ограничение" для тех чиновников-руководителей, которые переходят на работу в коммерческую или же некоммерческую организацию. Если они увольняются с госслужбы, чтобы приступить к коммерческой (некоммерческой) деятельности в той же сфере, которую курировали, будучи госчиновниками, то им на это потребуется согласие специальной комиссии.
Комиссии по соблюдению требований к служебному поведению, согласно закону "О противодействии коррупции", созданы во всех госучреждениях. Их согласие и должен получать чиновник, если в первые два года после ухода с госслужбы он решит поработать по своему прежнему профилю в негосударственном секторе. В президентском указе подчеркивается, что это "ограничение" касается госслужащих, на которых распространяется требование о ежегодном публичном декларировании доходов и имущества, в том числе членов семьи.
Отметим, что в ст. 12 закона "О противодействии коррупции" уже и так записано, что специальное согласие для перехода в коммерческую структуру требуется любому "гражданину, замещавшему должности государственной или муниципальной службы, перечень которых устанавливается нормативными правовыми актами РФ". Реестр государственных должностей на федеральном уровне (от президента, премьера и до депутатов, работников министерств и др.) был утвержден президентским указом еще в 2005 году.
Но Дмитрий Медведев в мае прошлого года издал свой указ, в котором перечислены те же должности, что и в реестре-2005, с оговоркой, что занимающие их чиновники обязаны декларировать доходы. А поскольку о декларировании говорится в ст. 8 закона "О противодействии коррупции", то отдельные чиновники могли решить, что в ст. 12 имеется в виду совсем другой "перечень должностей, для которых вводится ограничение при увольнении с госслужбы", пояснил "Ъ" директор департамента по административной реформе Центра стратегических разработок Владимир Южаков. Во избежание подобной трактовки президент, по мнению эксперта, и подписал указ, который "фактически повторяет норму закона и снимает любые вопросы о перечнях".
Снизит ли этот указ уровень коррупции, неизвестно. Пока сам Дмитрий Медведев признается, что "никаких значимых успехов" в противодействии коррупции лично он не наблюдает (см. "Ъ" от 15 июля). Большинство россиян с ним солидарны, судя по недавнему опросу "Левада-центра". Коррумпированность элиты за десять лет выросла, считают 60% опрошенных. Еще 23% полагают, что она не изменилась, и лишь 10% считают, что коррупции во власти стало меньше. В 2005 году в коррумпированности высших чиновников были уверены 45% россиян, а 38% считали, что ее уровень стабилен. Более того, в массовом сознании усиливается пессимистическое восприятие антикоррупционных инициатив властей. Если 2007 году 20% граждан верили, что дела о коррупции возбуждаются "всякий раз, когда становится известно о подобных злоупотреблениях", то теперь так считают только 16%. При этом 72% полагают, что все "дела о коррупции" — это "показательные кампании" по борьбе со злоупотреблениями или "борьба за кресло" (три года назад было 67%). Люди видят, что при всех разговорах власти о борьбе "воз и ныне там и никакими успехами похвастаться нельзя", пояснил "Ъ" заместитель директора "Левада-центра" Алексей Гражданкин. Людей беспокоят, по словам социолога, "не столько бытовые поборы", сколько проблемы в развитии экономики, в законности расходования бюджетных средств.