«Вероятность аварии полностью исключить нельзя»

$
81.97
€
91.93
IMOEX
2447.83
¥
12.23

“Ъ” опросил экспертов о возможности повторения чернобыльской катастрофы сегодня

Сериал «Чернобыль», созданный американским телеканалом HBO совместно с британской телесетью Sky и посвященный аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году, вызвал неоднозначную реакцию у зрителей и экспертов. Последних “Ъ” спросил о том, возможна ли сегодня катастрофа, подобная чернобыльской, как изменилась система безопасности после аварии на ЧАЭС, какие службы отвечают за безопасность на АЭС в России сейчас и кто боролся бы с ликвидацией последствий, повторись трагедия сейчас.

Максим Конюшин, старший преподаватель кафедры «Атомная и тепловая энергетика» СПбПУ

На настоящий момент возникновение катастрофы, аналогичной произошедшей на Чернобыльской АЭС, маловероятно, потому что в современных проектах АЭС используется огромное количество различных систем безопасности, направленных на сдерживание выхода радиоактивных веществ в окружающую среду. Например, современные блоки АЭС комплектуются «ловушкой расплава» (частью защитной оболочки ядерных реакторов.— “Ъ”), которая позволяет сдержать выход радиоактивных продуктов в случае возникновения аварии, аналогичной той, которая произошла на Чернобыльской АЭС. После аварии в Чернобыле требования по безопасности АЭС ужесточились в несколько раз, что позволяет сохранить от радиоактивного загрязнения окружающую среду.

При эксплуатации АЭС используются принцип безопасности, который называется «культура безопасности». Основная идея — работник станции ответствен за совершаемые им действия.

В результате все работники АЭС соблюдают требования безопасности при эксплуатации станций, задача любого работника — это обеспечение безопасности АЭС.

Контроль за безопасностью на АЭС ведется Федеральной службой по технологическому, экологическому и атомному надзору (Ростехнадзор), Всероссийским научно-исследовательским институтом по эксплуатации атомных электростанций (ВНИИАЭС) и представителями Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Контроль осуществляется в проведении периодических проверок станций на соблюдение требованиям норм безопасности, в том числе радиационной безопасности.

Если бы катастрофа произошла, то тогда было бы эвакуировано население близлежащих районов силами МЧС и военными. Затем проводились бы мероприятия по ликвидации последствий аварии.

На АЭС в настоящий момент используется множество современных систем безопасности, основанных на различных принципах действия, например с использованием электроэнергии или с использовании пассивного принципа (гравитации).

Не стоит забывать, что развиваются технологии по улучшению отвода тепла от реактора для предотвращения возникновения аварий. Также стоит отметить развитие систем пассивного отвода тепла от ядерного реактора. Для безопасности АЭС используется дозиметрический контроль, благодаря ему можно проследить, произошел ли выход радиоактивных веществ за допустимые пределы.

Одной из основных проблем при авариях на атомных блоках является необходимость отвода тепла из активной зоны реактора даже после прекращения управляемой ядерной реакции и заглушения реактора. Проблема обусловлена остаточным тепловыделением в ядерном топливе, в котором на протяжении определенного времени продолжается распад тяжелых элементов. Если тепло из активной зоны не отводить, то в больших реакторах остаточное тепловыделение может привести к расплавлению активной зоны, разрушению конструкций реактора и, соответственно, нарушению его целостности с возможным последующим радиоактивным заражением прилегающей территории. Есть активные и пассивные системы, которые позволяют этого не допустить. Под активными системами, как правило, подразумевается охлаждение корпуса реактора водой, которая подается насосами под давлением. Однако в случае каких-то повреждений — например, отсутствия внешнего электроснабжения, как это произошло на АЭС «Фукусима» из-за цунами — такие системы могут не сработать. Пассивные системы, как считаются, должны сработать при любой аварии даже без вмешательства человека или автоматики. К таким системам относится ловушка расплава — это специальная герметичная конструкция под реактором, куда при разрушении активной зоны должно «стечь» расплавленное топливо просто под действием силы тяжести. Ловушка заполнена жертвенным материалом, который позволяет уменьшить тепловыделение.

Вячеслав Альмяшев, доцент кафедры физической химии СПбГЭТУ «ЛЭТИ», руководитель отдела исследования тяжелых аварий НИТИ им. А. П. Александрова

Как показал мировой опыт эксплуатации АЭС, вероятность аварии чернобыльского типа полностью исключить нельзя. Однако чем больше предусмотрено систем безопасности и чем больше проработано сценариев возможной аварии и мер по снижению ее последствий, тем эта вероятность меньше.

В настоящее время на рынке решений АЭС наблюдается несколько тенденций. Во-первых, это увеличение мощности реакторных блоков, что само по себе увеличивает вероятность тяжелых аварий. Во-вторых, внедрение новых активных и пассивных систем безопасности, призванных уменьшить такую вероятность. Следует отметить, что в последнее время широко развернуты работы по созданию новых видов устойчивого к тяжелым авариям топлива.

При этом очень хотелось бы ответить на вопрос о возможности катастрофы отрицательно, но, к сожалению, есть ряд настораживающих моментов.

В первую очередь, уже созданная система пущена в серию и, несмотря на то, что за время, прошедшее с момента запуска, появилось много новых экспериментальных данных и расчетных оценок, позволяющих развернуть работы по усовершенствованию жертвенного материала и ловушки расплава, считается, что в таких работах нет необходимости.

Попытки развернуть работы, направленные на экспериментальное исследование процессов, происходящих в аварийном реакторе, совершенно не находят поддержки, так как создана иллюзия того, что проблема тяжелых аварий решена тем комплексом мер и технических решений, которые уже реализованы в проектах ВВЭР. А история показывает, что как только возникает абсолютная уверенность в невозможности какого-либо негативного сценария, то он реализуется.

Георгий Тихомиров, заместитель директора Института ядерной физики и технологий НИЯУ МИФИ

Катастрофа, которая произошла в Чернобыле, сегодня просто невозможна. Особенности реактора РБМК, которые позволили ей произойти, в действующих блоках атомных электростанций устранены. Таких реакторов нигде, кроме России, больше нет. Сегодня они уже дорабатывают свой срок и работают безопасно, а те, что строятся сейчас, имеют принципиально другую конструкцию.

Анализ последствий Чернобыля привел к ряду очень важных мероприятий, связанных с безопасностью. На уровне международных комиссий были сформулированы основополагающие принципы безопасности атомных станций и выпущены соответствующие документы. Теперь на станциях проводят регулярные проверки следования этим принципам.

Международная консультационная группа по ядерной безопасности с 1988 года выпускала аналитические отчеты, первый из них назывался «Итоговый доклад о совещании по рассмотрению причин и последствий аварии в Чернобыле». В 1989 году INSAC (International Nuclear Safety Centre) подготовил документ по основным принципам безопасности атомных электростанций. Подобные документы выходили до 1999 года, а затем возникла некая пауза, потому что показалось, что ядерное сообщество уже пришло к полному пониманию, что такое безопасность.

И фактически безаварийная работа продолжалась вплоть до Фукусимы.

Сегодня во всех странах существуют специальные службы мониторинга радиационной обстановки, которые могут отследить любые ядерные инциденты. Все страны, которые сотрудничают с МАГАТЭ, обязаны предупреждать о таких вещах другие страны. В каждой стране действуют свои спецподразделения, и у нас в рамках МЧС существует подразделение, которое специализируется на радиоактивных инцидентах. Также в России существует ситуационный кризисный центр (СКЦ), который работает в непрерывном режиме и сразу реагирует на такие ситуации.

Как только произошла авария на Фукусиме, специалисты СКЦ тут же начали анализировать возможные последствия для России. К счастью, негативных последствий аварии для России не было.

Кроме того, есть такой показатель, как количество лет безаварийной работы реакторов. В России и во всем мире эта цифра постоянно растет, мы научились хорошо управлять реакторами. Многие системы на станциях работают в автоматическом режиме, и если какие-то отказы оборудования, важного для безопасной работы АЭС, происходят, реактор сразу же останавливается без воздействия человека. Все атомные электростанции непрерывно мониторятся различными системами: изучается радиоактивная обстановка, ведется звуковое обследование оборудования. Например, у нас в МИФИ постоянно совершенствуются методы диагностики оборудования станций, включая ультразвуковую, электрохимическую и радиационную диагностику. Они позволяют контролировать обстановку на работающих станциях и не допускать дефектов на строящихся.

Артем Наймушин, начальник учебно-научного центра «Исследовательский ядерный реактор» Томского политехнического университета

В мире эксплуатируется более 450 атомных энергоблоков на почти двух сотнях АЭС, большая часть из них построена и введена в эксплуатацию до чернобыльской катастрофы, поэтому они, естественно, строились без учета опыта этой аварии. Но за последние 30 лет требования безопасности как в мире (стандарты МАГАТЭ), так и в России (федеральные нормы и правила) стали существенно жестче. Были внедрены новые принципы безопасности, и появилось новое оборудование. Внедрение защитных оболочек и новых барьеров безопасности исключает повторение аварий по чернобыльскому сценарию. Однако, как показал опыт Фукусимы, даже самое невероятное сочетание факторов иногда случается, и вероятность повторения масштабной аварии хоть и невероятно мала, но тем не менее существует.

Безопасность АЭС — это многобарьерная система. Она включает в себя экспертизу безопасности на всех этапах жизненного цикла ядерных объектов, начиная с проектирования и заканчивая выводом из эксплуатации. За безопасность при эксплуатации реактора отвечают внутренние подразделения АЭС — службы ядерной и радиационной безопасности, оперативный персонал реакторной установки несет персональную ответственность в своей области деятельности.

При этом необходимо отметить, что вся деятельность в атомной отрасли лицензируется Ростехнадзором, а в некоторых случаях работники ядерных реакторов получают персональные разрешения. К числу этих работников относятся все лица, участвующие в управлении установкой либо обеспечивающие безопасность.

В России действует собственная система контроля безопасности, так исторически сложилось. Но она гармонизирована с общемировыми правилами, стандартами МАГАТЭ.

Она хорошо продумана и охватывает все стороны работы АЭС. Большая часть атомного комплекса находится под управлением ГК «Росатом», в разных структурах которого находятся научно-исследовательские институты, обеспечивающие полный цикл эксплуатации АЭС. Эти подразделения включены в научно-технический комплекс и в комплекс по обеспечению ядерной и радиационной безопасности ГК «Росатом». Наиболее значимыми предприятиями из них являются АО «НИКИЭТ», АО «ФЦЯРБ», АО «АТЦ Росатома» и так далее. Кроме ГК «Росатом» вопросами безопасности ядерных реакторов занимаются в НИЦ «Курчатовский институт» и в некоторых вузах — ТПУ, МИФИ, НГТУ им. Р. Е. Алексеева.

На вопросы “Ъ” также ответил Арнольд Шастин — профессор кафедры атомных станций и возобновляемых источников энергии Уральского федерального университета, который в 1986 году работал в составе комиссии по ликвидации последствий аварии

По словам Арнольда Шастина, после опыта Чернобыля вероятность угроз и рисков значительно снизилась:

«Пересмотрен большой объем технических решений, связанных с повышением безопасности. Однако никто не застрахован от человеческого фактора и случайных событий, которые приводят к авариям».

«После Чернобыля нам (участникам комиссии по ликвидации последствий аварии.— “Ъ”) показывали работу атомных станций в Италии. Нас поразил уровень охраны станции — по тем временам и советские станции охранялись очень серьезно, а зарубежный уровень был еще выше. Сейчас, конечно, все приведено к стандартам совершенно другого уровня»,— рассказывает господин Шастин. При этом, несмотря на повышение уровня безопасности на АЭС, по его словам, «надо быть всегда готовыми к любым чрезвычайным ситуациям»: «Необходимо учитывать, постоянно отрабатывать спасательные и аварийно-восстановительные работы, в случае катастрофы ни в коем случае нельзя с ними медлить. В вопросах подготовки к действиям в таких ситуациях и ликвидации возможных происшествий нужна серьезная международная кооперация».

Господин Шастин признается, что сериал «Чернобыль» пока не смотрел: «активно занимаюсь научной работой, погрузился в робототехнику. Хоть напрямую область моих интересов и не связана с атомной отраслью, некоторые наработки могут быть использованы в будущем. А сериал обязательно посмотрю летом».