Сердце-будильник

У десятилетнего Владика очень редкий врожденный порок сердца — общий артериальный ствол. Это значит, что аорта и легочная артерия соединены в один большой сосуд, отходящий от сердца. Из-за этого нарушено кровообращение, органы страдают от нехватки кислорода. Мальчик перенес уже несколько операций, ему протезировали легочную артерию и клапан аорты. Сейчас Владик вырос, его состояние ухудшается, он устает и задыхается при малейшей нагрузке. Протезы стали ему малы, их нужно срочно заменить.

В послеоперационном отделении Томского НИИ кардиологии Владик на спор уже выиграл столько компотов, что даже смотреть на них не может. Происходило это так — он подходил к кому-нибудь из ребят в палате или коридоре клиники и говорил: «А давай поспорим, что у меня внутри будильник?» Тому, кто соглашался, предлагал приложить ухо к своей груди и послушать.

— Тикает! — изумленно восклицал проигравший пари.

— То-то же! — торжествовал Владик.— Гони компот.

На самом деле так тикает в сердце Владика искусственный клапан, который мальчику поставили в четыре года.

— У сына «музыкальное» сердце,— рассказывает его мама Светлана.— Когда он только родился, сердце шумело, как ручеек. А теперь тикает. Я его слышу, даже когда просто сижу рядом. На самом деле оно, конечно, не музыкальное, а больное...

Диагноз «врожденный порок сердца» малышу поставили в первый день жизни. Врачей в роддоме насторожили шумы в сердце новорожденного, ему провели УЗИ и отправили на обследование в Томский НИИ кардиологии.

— Выяснилось, что у Владика общий артериальный ствол и дефект межпредсердной перегородки,— вспоминает Светлана.— Врач сказал, что с таким пороком больше половины детей не доживают до года. Единственный шанс на спасение — операция на открытом сердце.

В две недели Владику провели радикальную коррекцию порока. А через четыре месяца сделали вторую операцию — устранили сужение легочных артерий. Ходить в садик и играть в подвижные игры врачи мальчику запретили. Но даже при таком спокойном образе жизни сердце Владика с трудом справлялось с нагрузками.

Каждые полгода мальчика привозили в НИИ кардиологии на обследование и в четырехлетнем возрасте сделали еще одну операцию на открытом сердце — протезировали легочную артерию и клапан аорты. Деньги на оплату операции тогда помогли собрать читатели Русфонда и телезрители «Первого канала». После операции мальчику разрешили ходить в детский садик и даже делать зарядку. Но хирург сразу предупредил, что с возрастом протезы придется менять, и не раз.

Любая рана, даже пустяковая царапина, для Влада опасна. Каждый день он пьет лекарство для разжижения крови, чтобы сосуды не забивались тромбами. Поэтому кровь у него плохо сворачивается, а порезы долго не заживают.

После четвертой операции врачи запретили мальчику даже лечебную физкультуру, на которую он ходил с удовольствием. Про любимый скейтборд Владик спрашивать не стал — вдруг отнимут?

На доске его научила кататься знакомая девочка. Когда мама узнала, чуть в обморок не упала.

— Не волнуйся,— успокоил Владик.— Я буду кататься очень медленно.

И тут Владик маму не обманывает. Угнаться за своими друзьями на велосипеде или скейтборде ему тяжело, он задыхается и тормозит, чтобы отдышаться.

Владик ни на что не жалуется. Кому же охота в больнице лежать, да еще летом? Но врачей не обманешь. По-прежнему каждые полгода в Томском НИИ его сердце тщательно проверяют, делают УЗИ и электрокардиограмму. Врачи и медсестры встречают юного пациента как родного.

— Владик, как ты вырос! Опять к нам?

— Опять,— вздыхает мальчик.

Последний раз механический клапан Владику меняли три года назад. За это время мальчик вырос, клапан стал ему мал, препятствует нормальному кровообращению. На недавнем обследовании врачи Томского НИИ сказали, что оба протеза нужно срочно менять. Вот только без нашей помощи родным Владика не справиться с оплатой операции.

— А вы можете сделать так, чтобы мой будильник не тикал, а играл мелодию из «Звездных войн»? — спросил Владик у врача, проводившего обследование.

Хирург рассмеялся:

— А ты не лопнешь от компотов?