Калифорнийский рэпер Кендрик Ламар стал лауреатом Пулитцеровской премии. В музыкальной категории был отмечен его четвертый альбом «DAMN.». Рассказывает Борис Барабанов.
Рэпер Кендрик Ламар
Фото: Joel C Ryan / Invision / AP
Кендрик Ламар — далеко не первый музыкант, получивший престижную американскую премию, которая вручается в области театра, литературы, журналистики и музыки. Пулитцеровскую премию в области музыки вручают еще с 1940-х годов. За это время ее лауреатами успели стать многие видные академические композиторы Америки. Это Аарон Копленд и Сэмюэл Барбер, Стив Райх и Джон Адамс, Джан Карло Менотти и Джон Корильяно наряду с еще многими авторами, чья известность и востребованность по большому счету ограничивалась американской сценой. Пулитцеровская премия, в отличие от Нобелевской, все-таки не мировая, а национальная, и угол обзора у нее иной.
Тем интереснее нынешнее награждение.
Кендрик Ламар — не только первый рэпер, получивший «пулитцера», но и первый представитель популярной музыки, удостоенный этой награды.
В этом смысле попечители Колумбийского университета, раздающие награды по поручению Фонда Джозефа Пулитцера, оказались еще более строгими, нежели Нобелевский комитет. Даже джазмены в истории американской награды если и были в списках, то только с «особым упоминанием». Упомянули, например, Джорджа Гершвина, Телониуса Монка и Джона Колтрейна. А Дюка Эллингтона в 1965-м вопреки мнению жюри попечители наотрез отказались даже упоминать (67-летний артист отреагировал иронически: «Судьба оберегает меня от слишком большой известности в слишком юном возрасте»).
И только в 1996-м премия поначалу неохотно пошла на то, чтобы рассматривать действительно широкий диапазон музыкальных жанров и стилей. В результате Боб Дилан в списках у американцев был раньше, чем у шведов,— еще в 2008 году. Однако полноценную премию поп-артист получил впервые только сейчас.
Альбом Кендрика Ламара, отмеченный Пулитцеровской премией, называется «DAMN.». В текущем году он принес артисту пять «Грэмми» и главную британскую музыкальную награду Brit Award как лучшему зарубежному исполнителю.
Пулитцеровский комитет назвал альбом «виртуозной коллекцией песен, объединенных аутентичностью языка и ритмическим динамизмом», и признал, что последние отражают «превратности жизни современных афроамериканцев». Видимо, в по-своему сенсационном решении комитета все-таки стоит видеть прежде всего не уступку молодежной аудитории, а куда более традиционное для премии почвенничество — просто на новый лад. Премия наконец-то разглядела в рэпе исконное порождение американского континента, не тронутое никакими влияниями Старого Света. А что на это понадобилось так много времени, это неудивительно: на то, чтобы с надлежащим почтением отнестись к джазу, Пулитцеровской премии потребовался гораздо больший срок, чем европейцам.