Мишке больно

Миша Куприянов живет в Арзамасе — небольшом городе Нижегородской области. Мальчик родился преждевременно, голова у него была необычной формы — овальной, словно капелька, он почти не спал и плохо ел. Точный диагноз — тригоноцефалия — Мише поставили только в три месяца. Лобный шов у мальчика сросся преждевременно, «захлопнув» черепную коробку и лишив головной мозг возможности расти и развиваться. Спасти ребенка может только срочная операция. Если ее не сделать в ближайшее время, малышу грозит умственная отсталость, слепота и глухота.

Миша постоянно расцарапывает себе лицо. Чтобы отвлечь сына, Ольга берет малыша на руки и несет к зеркалу.

— Миша, посмотри! Кто это у нас такой красивый?

Мальчик с интересом разглядывает свое отражение и через минуту начинает улыбаться вместе с мамой.

Он улыбается всем: маме, бабушке, сестренкам, прохожим на улице и врачам в больнице.

Миша уже привык, что люди в белых халатах постоянно щупают и измеряют его голову, словно там спрятан клад. Миша смеется и прикрывает голову руками, как будто хочет сказать: «Мое, не отдам!»

А они все щупают и щупают…

Миша родился раньше срока почти на месяц, весил всего два килограмма. Но по остальным показателям состояние здоровья малыша соответствовало норме.

Ольга первая заметила у сына шишку над переносицей, когда ему было два дня от роду.

— Что это? — спросила она педиатра.

— Ничего особенного,— пожал плечами доктор,— само пройдет. Но лучше не трогайте — может, ему больно.

После выписки из роддома Ольга осталась один на один со своими вопросами. Шишка так и не прошла. Когда Мише исполнился месяц, Ольга обратилась к хирургу в местную поликлинику.

— Малыш растет, развивается,— сказал ей врач после осмотра.— Не ищите проблем там, где их нет.

Но проблемы появились уже в полтора месяца, когда Миша перестал спать. Вернее, засыпал только на улице, когда Ольга выходила с ним гулять. Дома его с трудом удавалось уложить. Но уже через 15 минут Миша начинал кричать, тереть голову руками и щипать себя за лицо. Мама подхватывала его на руки и ходила по комнатам, напевая колыбельную, чтобы он поскорее уснул. Потом малыш просыпался, и все начиналось по новой.

— До сих пор с трудом выдерживаю его крики,— признается Ольга.— Кажется, что ему очень больно, и разрывается сердце.

Но местные врачи по-прежнему не видели никаких отклонений и, Ольга повезла сына к нейрохирургу в детскую больницу в Нижнем Новгороде. Молодая врач очень понравилась Мише. Малыш улыбался и без боя дал ей потрогать свою голову.

— Не вижу тут ничего страшного,— сказала нейрохирург.— Можете сделать томографию. Но срочности нет. Смотрите, какой весельчак!

Для того чтобы определить диагноз, бухгалтеру Ольге понадобилась пара часов в интернете. Она набирала в поисковике возможные варианты: «шишка между бровей», «бугорок на лбу», «голова в форме капли», пока не наткнулась на диагноз «краниостеноз». По описанию все совпадало. С этим страшным открытием Ольга снова повезла сына в Нижний Новгород.

— Три месяца врачи убеждали меня, что с Мишей все в порядке, но я им не верила,— говорит она.— А по дороге в больницу я больше всего на свете надеялась, что мой прогноз окажется ошибочным.

Они попали к другому доктору, который велел срочно сделать Мише томографию. После обследования мальчику поставили диагноз «деформация черепа по типу тригоноцефалии». Мишу с мамой отправили в Москву решать вопрос с операцией.

Московский нейрохирург подтвердил диагноз.

— Операцию нужно сделать как можно скорее,— сказал он Ольге,— из-за заращения лобного шва черепная коробка расти не будет. Впоследствии это приведет к сдавлению головного мозга.

В ходе операции, которую смоделирует компьютерная программа, кости черепа выведут в нужное положение и зафиксируют специальными саморассасывающимися пластинами. Операцию проведут по госквоте, но оплатить пластины и компьютерную подготовку к операции у Ольги нет возможности. Отец Миши им не помогает.

— Вот здорово! — сказала Мишина сестренка, восьмилетняя Маша, узнав о предстоящей операции.— А давайте Мише сделаем форму головы как у Кена? А мне — как у Барби!

В знак согласия малыш заулыбался и замахал руками.

— Братик тебе не игрушка,— возразила Ольга.— Он — Мишка.