Снова ниже нуля
Промышленность вернулась к отрицательной стагнации
В сентябре промышленность продемонстрировала минимальные темпы роста в годовом выражении с марта 2017 года, а выпуск в добыче просел впервые с декабря 2015 года, свидетельствуют данные Росстата. Хотя основные причины такой динамики кроются в календарном эффекте и высоких прошлогодних показателях добывающей отрасли, с учетом сезонности и календарности статистики фиксируют снижение среднемесячных темпов роста промпроизводства с плюс 0,2% во втором квартале до минус 0,4% в третьем квартале 2017 года.
В сентябре промышленность подвела добыча нефти, которая сократилась на фоне высоких показателей прошлого года, достигнутых до вступления в силу ограничений ОПЕК
Фото: Сергей Бобылев, Коммерсантъ / купить фото
Свежая порция статистики Росстата о состоянии промышленного производства фиксирует заметное замедление роста выпуска. В годовом выражении его темпы снизились до 0,9% по сравнению с 1,5% в августе. Хотя это можно было предполагать по опережающим индикаторам ИЭП им. Егора Гайдара и самого Росстата, консенсус-прогноз аналитиков, составляемый агентством «Интерфакс», предполагал ускорение роста промпроизводства до 1,7% в сентябре. В результате в январе—сентябре выпуск увеличился на 1,8% против 1,9% в январе—августе при прогнозе Минэкономики на 2017 год в 2%.
Основные причины такой динамики — календарный эффект (в сентябре 2017 года было на один рабочий день меньше, чем год назад) и слабые результаты в добыче, где в сентябре зарегистрирована отрицательная стагнация в 0,1%. В том числе это обусловлено высокими показателями прошлого года перед вступлением в силу ограничений ОПЕК на добычу нефти (в сентябре 2017 года год к году она снизилась на 2,6%). Рост добычи газа также замедлился после двузначных темпов роста в начале года — в том числе на фоне нормализации погодных условий в Европе, объясняли снижение выпуска в сентябре в Минэкономики. Вместе с этим просели водоснабжение и утилизация отходов — на 3,6% в сентябре (в августе спад составил 3,4%) и обеспечение электроэнергией, газом и паром — на 0,1% после роста на 0,3% в августе.
В обработке темпы роста, напротив, ускорились до 1,1% с 0,7% в августе — но объясняется это провалом отрасли в сентябре 2016 года (минус 1,5%). В Минэкономики в этом, впрочем, видят подтверждение «тенденции к устойчивому росту несырьевого комплекса». Быстрее всего, по данным статистиков, увеличивался выпуск в пищевой промышленности и производстве потребительских товаров и стройматериалов.
Оценка Росстата динамики промпроизводства с устранением сезонных и календарных эффектов фиксирует снижение выпуска за сентябрь на 0,4% против роста на 0,5% за август. При этом среднемесячные темпы роста, с учетом сезонности, после 0,2% в первом и 0,6% во втором кварталах, в третьем квартале стали отрицательными — минус 0,4%. Владимир Сальников из ЦМАКП полагает, что волатильность в оценках Росстата связана с недостаточным учетом статистиками календарного эффекта, отмечая что «промышленность не выходит за рамки стагнационной динамики». Схожего мнения придерживается и Георгий Остапкович из Высшей школы экономики, предполагая, что стагнация может затянуться на два-три года. Сергей Цухло из ИЭП им. Егора Гайдара в свою очередь замечает, что на фоне ухудшения ожиданий спроса производственные планы в обработке «могут развернуться вспять уже в октябре, и фактический конец года окажется не таким позитивным, как ожидается».
Минфин продолжит «выкуп» оборонной отрасли в конце 2017 года
Динамика промышленного производства в 2018 году получит дополнительную поддержку, хотя и не столь существенную, как в начале 2017 года. Как заявил вчера на заседании бюджетного комитета Госдумы министр финансов Антон Силуанов, в рамках правки бюджета на 2017 год Минфин внесет предложение об увеличении расходов по статьям «оборона и безопасность» на 200 млрд руб.— речь идет о повторении в конце этого года операции по «выкупу» исполнителей гособоронзаказа в меньших масштабах. Напомним, проблема с компаниями оборонно-промышленного комплекса (ОПК) возникла в 2014–2015 годах из-за непоследовательной политики правительства, в силу которой в ожидании обещанных решений о крупных госрасходах компании ОПК активно кредитовались в банках — как государственных, так и частных. В конце 2016 года Минфин в рамках правки текущего бюджета предоставил получателям средств по гособоронзаказу и смежным секторам немногим менее 1 трлн руб., в основном в виде авансовых платежей по долгосрочным контрактам, эти деньги в виде экономии госрасходов должны были уменьшить траты Минфина из Резервного фонда. Ситуация 2017 года аналогична: Минфин будет к концу года иметь не менее 125 млрд руб. свободных средств от нефтегазовых поступлений и 148 млрд руб. экономии госрасходов. В 2017 году делеверидж ОПК существенно поддержал выпуск в машиностроении, в 2018 году этот эффект также ожидается, но будет существенно слабее. Кроме этого, Минфин предлагает потратить в конце 2017 года 16 млрд руб. на докапитализацию Фонда развития промышленности и 20 млрд руб.— Россельхозбанка, 36 млрд руб.— в бюджеты регионов с максимальным ростом сборов налога на прибыль (очевидно, в расчете на новые региональные льготы по нему и компенсацию выпадающих доходов), перераспределить 166 млрд руб. в расходах других министерств. РФПИ при этом, по мнению Минфина, в докапитализации в 2017 году не нуждается.