На открывшемся в Москве Гайдаровском форуме нечего было обсуждать, кроме будущего России при ценах нефти, все более похожих на $40 за баррель. Как выяснилось, у правительства РФ есть краткосрочная (на ближайшие недели) и долгосрочная (на 2016-2017 годы) составляющие антикризисной стратегии. Если интересующая всех среднесрочная часть и существует, публике ее в первый день форума не показали.
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото
Экономический форум Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ (Гайдаровский форум) — первый в ежегодной "линейке" крупных конференций власти и бизнеса. Тема форума с крайне широкой в 2015 году представленностью академической и управленческой элиты экономистов (от Кеннета Рогоффа из Гарварда до главы ЕЦБ Жана-Клода Трише) определилась автоматически: новогодний обвал цен нефти ниже $60 и затем $50 за баррель не был предусмотрен любыми сценариями. Первый зампред ЦБ Ксения Юдаева, на сессии "Макроэкономика с человеческим лицом" объявившая о коррекции своих полномочий (см. стр. 1), заявила, что Банк России в своем новом прогнозе будет рассматривать цену Brent в $40 за баррель как один из базовых вариантов. По данным "Ъ", первые сценарные расчеты ЦБ, как и других аналитиков, в Белом доме ожидают на экономическом совещании у премьер-министра Дмитрия Медведева 19 января.
Сам глава правительства в своем выступлении избегал цифр, скорее объясняя общую конструкцию ответа его команды на очевидное совпадение сразу нескольких составляющих кризиса — "внешнего давления" (санкций), структурного кризиса, падения экспортных доходов, а также "бизнес-анемии" — дефицита предпринимательской активности и доверия экономических агентов. Дмитрий Медведев подтвердил отказ Белого дома от возвращения капитального контроля даже при продолжении девальвации рубля и в целом обрисовал долгосрочный (любые новые меры по улучшению инвестклимата действуют на горизонте не менее полутора-двух лет, цикла для большей части "коротких" производственных инвестиций) ответ правительства на стечение обстоятельств. "Наша цель — не заливать кризис деньгами, а раскрепостить предпринимательскую инициативу",— провозгласил он. Ориентация на долгосрочные проблемы была очевидна: сразу после Дмитрия Медведева модератор, ректор РАНХиГС Владимир Мау предоставил слово государственному министру Монако Мишелю Роже, который подробно говорил о российско-монакских проектах в сфере культуры и экологии Арктики.
Подтверждение долгосрочных планов Белого дома стало основной задачей правительственной команды в РАНХиГС. Даже министр финансов Антон Силуанов, касавшийся и среднесрочных, наиболее интересующих публику тем (перспективы 2015 года), в основном говорил о будущих реформах 2016-2017 годов, в том числе пенсионных. Обсуждение темы изменения пенсионного возраста также подтверждал министр экономики Алексей Улюкаев, тогда как министр труда Максим Топилин отрицал такую дискуссию. Вице-премьер Ольга Голодец затронула часть среднесрочной повестки: расход средств Резервного фонда для поддержки малоимущих.
Краткосрочная повестка освещалась чиновниками неподробно, хотя Дмитрий Медведев на встрече с российскими и иностранными бизнесменами на полях Гайдаровского форума предпочел обсуждать именно краткосрочные, текущие проблемы, нежели падение цен на нефть и ответ на это правительства на горизонте года. Кроме того, он подтвердил, что в ЦБ и Белом доме "на выходе" схема докапитализации банков через АСВ на 1 трлн руб. Напомним, она утверждена в декабре 2014 года при ценах нефти в $60 за баррель, глава Сбербанка Герман Греф и господин Улюкаев согласились с тем, что банки могут потребовать при цене нефти в $40 докапитализации еще на 2 трлн. руб.
Если краткосрочная стратегия Белого дома будет, очевидно, так или иначе предъявлена по итогам серии совещаний в Кремле и Белом доме с 18-19 января, а основа долгосрочной признана адекватной кризису, то само существование среднесрочной (на 2015 год) программы действий при постоянных ценах нефти $50-60, видимо, пока нет. Как, вероятно, нет и решения — разрабатывать ли ее сейчас или ждать "отскока" цен нефти до более комфортных, финансируя сокращаемый на ходу (уже и по "силовым" статьям, см. стр. 1) бюджет валютой Резервного фонда.