Игорю Краснову показали умный суд

Председатель Верховного суда России Игорь Краснов 21 октября прибыл в Пекин. Первый же день рабочего визита еще раз подтвердил, что Россия и Китай имеют схожие принципы в вопросах внедрения искусственного интеллекта в работу судов. А посещение российским гостем лаборатории «Умный суд» показало, что китайцам уже есть чем гордиться в этой сфере.

Программа визита Игоря Краснова в Китай включает несколько двусторонних встреч, но первым делом он направился в Верховный суд КНР. Его председатель Чжан Цзюнь встречал коллегу как старого знакомого: он вспомнил, что принимал господина Краснова еще в качестве генпрокурора, да и в новом статусе они уже не раз пересекались — например, совсем недавно на саммите высших судов стран БРИКС в Дели. Господин Краснов признался, что тоже с теплотой вспоминает прошлые встречи. «Единомышленников не разделяют ни горы, ни моря»,— процитировал он китайского философа и алхимика Гэ Хуна.

Участники встречи быстро обнаружили, что по крайней мере в вопросах цифровизации и внедрения искусственного интеллекта (ИИ) в работу судов они являются практически полными единомышленниками.

«Знаю, что в начале сентября Верховный народный суд Китая опубликовал документ о правовом регулировании сферы использования ИИ,— сообщил Игорь Краснов.— Я с большим интересом с ним ознакомился. Считаю, что это очень четкий сигнал, прежде всего для технологического сектора, об окончании эпохи бесконтрольного развития генеративных сервисов. Кроме того, на мой взгляд, очень правильно были обозначены четкие границы влияния технологий на безопасность личности и общества».

Игорь Краснов напомнил, что у Верховного суда (ВС) РФ также есть Концепция внедрения ИИ в судопроизводство, причем ее основные цели и принципы во многом совпадают с наработками китайских коллег. Ведь и там и там главный принцип — повышение потенциала и эффективности судебной системы при безусловном сохранении ключевой роли судьи в принятии решений.

В течение последних двух лет 3,5 тыс. судов объединили в единую сеть, а большие языковые модели обучаются на огромном массиве судебных дел. Они регистрируются в цифровом виде, потом ИИ переводит в текст запись судебного заседания, а по итогам совещания судей готовит проект решения. Судья его проверяет и завершает процесс оформления.

«Система работает таким образом, что все находится под контролем судей, и только после их одобрения данные вводятся в систему»,— объяснил глава ВС КНР. И добавил, что машина не такая «холодная», как это принято считать. «У большой модели есть теплота»,— заверил он, ведь ИИ помимо законов учитывает эмоциональную составляющую и моральные принципы.

После того как стороны подписали соглашение о сотрудничестве между высшими судебными инстанциями, Игорь Краснов посетил лабораторию «Умный суд». Это главная национальная площадка, где ведутся разработка и внедрение цифровых технологий в судебную систему Китая. Она функционирует как специализированный государственный проектный офис и одновременно является инкубатором инноваций в сфере электронного правосудия.

«А судебное решение можно посмотреть?» — примерился к панели управления Игорь Краснов. На ней немедленно возник текст. «А есть ли неисполненные судебные решения?» — не сдавался он. Нашлись и такие. Чжан Цзюнь отметил, что в базу включен и пример дела, которое не исполнено,— где сложные условия из-за банкротства. Но процесс исполнения тщательно отслеживается, заверил он.

«А кто следит — судья или технический сотрудник?» — продолжал вдаваться в детали председатель ВС РФ. К исполнению решения, растолковал его китайский коллега, подключено все общество, в том числе банки, которые сообщают, сколько денег у этого человека, и суд может отслеживать ход исполнения решений. При неисполнении решения должника включают в перечень злостных неплательщиков, что чревато для него ограничением в правах.

«А если должник находится за рубежом?» — не унимался господин Краснов. Но у него же есть имущество на территории Китая, резонно возразил Чжан Цзюнь. «А если в Питере, то мы попросим вас»,— с улыбкой добавил он. Игорь Краснов не возражал.