«Моя задача — вернуть народную песню обратно народу»

Гость рубрики «Личный счет» — певица, киноактриса и телеведущая Пелагея. 4 ноября в Москве на «Live Арене» она представит большую премьеру концерта-мистерии «Живая вода». Накануне шоу она рассказала «Деньгам» о своей первой большой роли в кино, о том, почему народная песня теперь собирает стадионы, что делает из талантливых исполнителей настоящих звезд, припомнила, на что потратила свои первые $1000.

— Мы с моей группой выступим 4 ноября на «Live Арене» в Москве и 20 ноября в Ледовом дворце в Петербурге. Это будут самые главные концерты в моей жизни. Давно мечтала о настоящем шоу. Считаю, что народная музыка заслуживает такого масштаба, да и я накопила достаточно сил, опыта, идей и чувств для того, чтобы представить ее по-новому. Это будут настоящие шоу. Шоу-мистерия. Там будут крутой видеоконтент, световое шоу, живой звук. Почему называется «Живая вода»? Для меня фольклор — живая вода, которая способна хоть из пепла возрождать наши души. Почему мистерия? На наших выступлениях мы всегда совершаем некое духовное путешествие, и на этом концерте, думаю, оно будет особое. Не буду раскрывать всех секретов. С нами работает команда профессионалов-постановщиков высочайшего уровня, которые делали самые крутые шоу не только для наших, но и зарубежных артистов.

Шоу получилось очень затратное, поэтому не вижу пока возможности провести его по всей России. Мы не пытаемся заработать на большом количестве зрителей, нам важно представить народную музыку на совершенно новом уровне.

— О всех не скажу. Сужу по своим концертам. К нам на выступления ходят целыми семьями — от мала до велика. При этом много лет наблюдаю, как аудитория молодеет. Вижу, что молодежь начала слушать народную музыку. Мне приятно и очень радостно, что мы понимаем друг друга. Делюсь со сцены своими ощущениями, смыслами с этими людьми. Вижу: они меня понимают, откликаются. И это действительно здорово.

— За народную — спасибо. Но званием заслуженной я очень дорожу. Можно сказать, что горжусь даже не столько самим званием, а тем, как оно мне досталось. Это для меня особенная и очень важная история. Я ведь не стремилась к нему, не просила о нем, не ходила по кабинетам, не собирала и не подавала документы для его получения. Звание присвоили после того, как один человек — какая-то добрая моя поклонница — неожиданно, без моего ведома разместила петицию на известном сайте с призывом присудить мне это звание. В короткое время петицию подписало огромное количество людей. Это заметили в Министерстве культуры. Мне внезапно позвонили, пригласили и через некоторое время торжественно звание присудили.

Что же касается отношения к народной песне, оно, конечно, в стране меняется. Народной музыкой занимаюсь очень давно — почти тридцать лет. Никогда своему жанру не изменяла. Даже если у меня и были какие-то эксперименты с авторской песней, всегда возвращаюсь к народной музыке. Это мой путь. Считаю, что мой путь — служение народной песне. Моя задача — вернуть народную песню обратно народу. Раньше постоянно слышала в свой адрес: «А можно без народного? Можно без патриотизма? Зачем петь старье — бабкины песни?» Мнение свое не меняла. Всегда относилась к народной музыке как к музыке духовной, как к высокому искусству. Сейчас многое изменилось: с консолидацией общества люди наконец-то расслабились и перестали стесняться своих нормальных патриотических чувств, перестали предвзято относиться и к народной музыке. Когда слышишь народные песни, испытываешь глубокие эмоции, чувства, которые вшиты где-то на генетическом уровне. Самое интересное происходит, когда пробуешь народные песни петь сам. В этот момент подключаешься к чему-то такому вечному и великому, что тебя в буквальном смысле оживляет, оздоравливает. Нужно просто попробовать.

— Информация обо мне не совсем верна. «Утренняя звезда» — конкурс эстрадных исполнителей. Был еще конкурс, учрежденный Юрием Александровичем Николаевым. Назывался «Призвание». Вот там я и победила в номинации исполнителей народной песни. Больше в конкурсах не участвовала. К слову, и тот был для меня дистанционным. Дима Ревякин, лидер группы «Калинов Мост», отвез в Москву из Новосибирска видеокассету с моими записями. Благодаря этой записи и победила.

Любой конкурс, на мой взгляд,— большой стресс. С большим уважением и сочувствием отношусь к людям, которые в конкурсах участвуют. Так сложилось, что 15 лет назад впервые села в красное кресло наставника в шоу «Голос». С тех пор многие меня узнают прежде всего как человека, который оценивает талантливых людей. Ответственно отношусь к этой работе, всегда очень переживаю и за конкурсантов, и за свои решения. Мое мнение — субъективное. Многие с ним могут не соглашаться, и это нормально, ведь моя оценка — не истина в последней инстанции.

— Очень сложный вопрос. Сложный еще и потому, что запросы зрителей со временем меняются, вместе с ними — представление о звездах. Впрочем, независимо от веяний времени у артиста прежде всего должен быть талант. Не очень люблю это слово, но артист должен обладать харизмой. То есть артист должен быть настоящей личностью, должен быть интересным как человек. Это всегда слышно, чувствуется. Творчество настоящим личностям дает возможность делиться своим видением мира со зрителями и слушателями.

В мире музыки звездами часто становятся люди, которые приходят на сцену совсем из других профессий, часто не особенно запариваются о том, насколько они музыкальны, правильно ли поют, есть ли в них очень яркая сильная личностная составляющая. Их интересно смотреть, интересно слушать. Все-таки ты выходишь на публичную сцену не демонстрировать свои музыкальные способности, а поделиться своим внутренним мироощущением.

— Действительно, многие спрашивают: куда после побед на телеконкурсах пропадают все эти артисты? В чем проблема? Думаю, главная проблема — в отсутствии своего репертуара. Людям просто нечего петь. На телешоу обычно перепеваются старые песни, которые прочно ассоциируются со звездами прошлого. Проблема не столько в классных вокалистах, сколько в талантливых композиторах, талантливых аранжировщиках. Не все же пишут сами себе музыку. Такое сейчас бывает, но очень редко. Всегда восхищаюсь такими людьми, потому что это настоящее, такое цельное творчество, настоящее искусство. Ты в этом случае лучше понимаешь артиста.

— Конечно же, нет. Этот шоу-бизнес, если можно вообще его так назвать, очень нестабилен, так же как и наш мир. Большинство артистов — все-таки люди творческие: им очень сложно заниматься творчеством, при этом думать о бухгалтерии. По моим наблюдениям, мало кто из артистов на это способен — раздваиваться, быть одновременно и немножко «отлетевшим» творческим человеком, и при этом — прагматичным бизнесменом, успешным управляющим своего дела.

К тому же финансовый успех артиста зависит от огромного количества факторов. Сегодня ты нужен, завтра ты вдруг совершенно неинтересен. А еще важно физическое здоровье. Людей, которые поют сегодня со сцены живьем, наверное, все-таки меньшинство. Те же, кто поет, очень зависимы от состояния голоса. Поэтому это очень нестабильная и рискованная история.

Слава, повторюсь,— она сегодня есть, а завтра ее нет. Поэтому, думаю, те, кто стремится к финансовому успеху, вкладывают деньги не в творчество, а в гораздо более предсказуемый бизнес или, скажем, в ценные бумаги.

— На Западе в принципе всегда были совершенно другие алгоритмы. Поскольку я никогда не работала на западном рынке, мне сложно об этом судить. Конечно, авторские отчисления и доходы от звукозаписи там всегда были на совершенно другом уровне. Сейчас стали популярны стриминговые сервисы. Наш рынок — не исключение. Знаю артистов, которые буквально живут на сборы со стримингов. Недавно наконец-то я навела порядок у себя на стриминговых платформах. В этом году мы уже выпустили несколько релизов и планируем продолжать дальше. Но в моем случае это не про зарабатывание больших денег. Всегда ориентировалась на живые выступления. Это, конечно, сложнее технически, тяжелее физически. Но у меня всегда был свой путь. Повторюсь, для меня это просто еще одна возможность делиться своим творчеством со слушателями.

— Тут трудно ответить. Сегодня это зависит от огромного количества факторов. Есть артисты, которые могут записывать песни в своей собственной домашней студии, способны вообще сами себе сделать полностью весь продакшен. Есть артисты, которые обращаются к музыкальным продюсерам. И те делают с ними «под ключ» весь материал, порой даже не прибегая к помощи музыкантов и живых музыкальных инструментов. Все очень индивидуально. Поэтому говорить о каких-то расценках просто невозможно. Кто-то, как я говорила, пишет песни сам, кто-то заказывает у авторов полностью и музыку, и слова. У разных авторов — разные расценки.

Да и альбомы на самом деле сейчас, к сожалению, выпускают очень редко. В основном по одному треку, по одному релизу либо какие-то мини-альбомы, которые состоят из нескольких треков. Повторюсь: все очень индивидуально.

— Не знаю. Не могу ответить за других. Почему меня нечасто можно встретить в рекламе? Я очень избирательна в этом вопросе. Мне очень важно, чтобы это была продукция, за которую я сама могу поручиться. Есть много тем, которых не хочу касаться, много продуктов, с которыми мне не хотелось бы ассоциироваться. Как часто бывает, артист снимается в некоей громкой рекламе, а затем его имя связывают больше с продуктом, а не с творчеством. Мне бы так все-таки не хотелось.

— «Как Иван в сказку попал» — замечательный фильм. Очень рада, что стала частью этой истории. Несмотря на то что роль у меня там эпизодическая, а моя героиня буквально отрисована при помощи новейших компьютерных технологий (Пелагея сыграла в картине Молочную реку.— «Деньги»), я участвовала в съемочном процессе и это было очень интересно. Само кино уже видела, и мне понравилось: классное, качественное, семейное кино, со смыслами. Всем очень советую.

Что касается «Зубастой няни», которая выйдет на экраны в следующем году,— это совершенно отдельная для меня история. Другая по масштабу, по актерской задаче. Это моя первая главная роль. Это был такой настоящий процесс, волшебный процесс съемок, полное погружение в кино на два месяца прошлым летом. До этого я специально занималась с педагогом по актерскому мастерству. Тренинг был хорошим, и это несмотря на то, что у меня есть диплом об актерском образовании, причем даже красного цвета.

Очень благодарна Лине Арифуллиной, которая в меня поверила, которая меня увидела в этой роли, убедила меня взяться за эту работу и убеждала, кстати, во время самих съемок. Честно говоря, очень много рефлексировала, сомневалась, справляюсь или не справлюсь с этой ролью. Немало ночей мы переписывались, перезванивались с ней. Она меня вдохновляла и вселяла в меня свою уверенность. Здесь я еще раз убедилась в том, как важна роль лидера в какой-то такой большой истории и как важно для лидера любить эту историю, верить в нее и желать, чтобы она получилась по-настоящему круто. Это не про зарабатывание денег — это про творчество и очень высокие требования и к себе, и ко всей команде. Все, кто был занят на съемочной площадке, работали с любовью и на пределе своих возможностей. Еще поэтому я совершенно уверена, что результат будет просто потрясающим. Я получила огромное удовольствие от съемочного процесса. Очень со всеми подружилась. Дико скучаю, если честно, по нашей команде и с нетерпением, с замиранием сердца жду, когда мы увидим все это на большом экране.

— Да. Моя первая работа была связана с музыкой. Собственно, первый гонорар я получила как раз за победу в конкурсе «Призвание», о котором упоминала в самом начале беседы. Денежный приз составлял $1000 — в те годы огромная сумма. Конечно, помню, на что мы потратили большую часть этой суммы. Мы купили огромный, такой тяжелый кожаный кофр для перевозки костюмов. И с этим кофром не расставалась много-много лет, путешествуя с концертами. Эта покупка напоминала о том первом успехе и первой детской зарплате. На оставшуюся часть мы с мамой просто жили какое-то время. Так что, да, эту первую зарплату я помню очень хорошо.