«Этот культурный код понятен каждому»

Музей вина в «Белом мысе» рассказывает о 150-летнем развитии российского промышленного виноделия, представляя подлинные артефакты, архивные документы, мультимедийные инсталляции и интерактивные зоны. О том, как формировалась коллекция музея и что помогло сделать историю вина понятной широкой аудитории, «Ъ. Выбор сомелье» рассказала директор музея Екатерина Халецкая.

Работа над экспозицией заняла три года. Мы сознательно не стали передавать проект какому-то одному внешнему бюро и сформировали под музей собственную команду. Команда разрабатывала архитектуру экспозиции и сценарии посещения, шло комплектование фонда, который сегодня насчитывает более 2 тыс. новых экспонатов.

Принципиальной задачей для нас была научная достоверность, поэтому к проекту были привлечены историки, архивисты, искусствоведы и специалисты в области виноделия. Среди них — независимый эксперт Алексей Соловьев, доктор исторических наук Александр Сидоров, научные сотрудники института «Магарач» и Курчатовского института, виноделы и технологи заводов «Инкерман», «Массандра» и «Новый Свет».

Атрибуцию старинного стекла проводили профильные эксперты, в том числе специалисты Центра имени И. Э. Грабаря. Сбор и верификацию исторического материала, а также работу с фондом вела команда «Гуманитарного бюро», которое специализируется на прикладных исследованиях и создании музейных концепций.

Самых нестандартных решений потребовали разделы, посвященные изготовлению вина. Музеи при винодельнях, как правило, располагаются на территории действующего производства, и посетитель может видеть технологический процесс. У нас такой возможности нет, поэтому нужно было найти иные способы рассказать о том, как создается вино. Мы увидели в этом преимущество: музей может дать более широкий обзор, чем экскурсия по одному заводу.

Экспозиция охватывает весь путь вина: от разнообразия терруаров и классической шампанизации до выдержки в дубовой бочке и автоматизации современного завода. Особое место занимает зал «От лозы до винного бокала», оформленный как интерактивная лаборатория.

Архивная работа стала для нас основой: документы, фотографии и кинохроника позволили выстроить каждую историю на проверенных фактах. Многие из этих материалов прежде не показывались широкой аудитории. Так, готовя рассказ о визитах Николая II в Новый Свет, мы получили доступ к обширному фотоархиву из Библиотеки редких книг и рукописей Бейнеке: снимки практически поминутно фиксируют прогулку царской семьи по специально проложенному к приезду государя пешеходному маршруту, получившему название «Голицынская тропа». Главным украшением этого раздела стала гостевая книга дома Голицыных с собственноручными записями посетителей. Однако ограничиться плоскостным фондом, то есть документами и фотографиями, мы не могли. Музею нужны были предметы, и их поиск превратился в настоящую охоту за сокровищами.

Предметы мы разыскивали по всему миру: от Грузии до Франции и США. Сегодня коллекция охватывает винную культуру с XVIII века. Среди ее жемчужин — кубок с монограммой императрицы Елизаветы Петровны работы Императорского стекольного завода и кубок из кокоса с портретами Петра I, Елизаветы Петровны и Екатерины II. Отдельный раздел посвящен наградам российских вин на международных выставках рубежа XIX–XX веков.

Историю производства вплоть до наших дней рассказывают подлинные механизмы: французские аппараты для шампанских вин конца XIX века для дегоржажа и укупорки, советский виноградниковый трактор Т-54 «Болгар», дубовые буты 1970-х годов с Инкерманского завода марочных вин. Там, где прямых свидетельств не сохранилось, мы шли по пути театрального погружения и передавали идею через предметы эпохи и мультимедиа. Именно современный музейный язык позволяет оживить архивные документы, которые прежде были доступны лишь узкому кругу специалистов.

Значительную работу до нас проделали исследователи-энтузиасты. Опираясь на их труды, мы обратились к ключевым архивам страны, таким как Российский государственный архив литературы и искусства, Государственный архив Российской Федерации, Российский государственный исторический архив, Центральный государственный архив Москвы. В экспозиции представлены оригиналы и копии документов, запечатлевших важнейшие события винной истории: телеграммы о выборе места для завода «Массандра», свидетельства побед российских вин в Бордо, указы об основании «Абрау-Дюрсо», первые письменные упоминания легендарного «Коронационного» шампанского и многое другое.

Вместе с тем многие сюжеты из истории виноделия XIX века до сих пор существуют на уровне легенд: это анекдоты и пересказы со слов современников. Музей обращается к широкой аудитории, поэтому мы с особой ответственностью отнеслись к тому, чтобы разграничить факты, подтвержденные документами, и предания. При этом исключать незадокументированные истории из экспозиции не стали. Без них рассказ о вине был бы неполным: они передают дух эпохи и характер Льва Голицына, который, как нам представляется, и сам охотно творил собственный миф.

Впереди еще много работы. Помимо основного корпуса источников о главных действующих лицах существуют неочевидные материалы, в том числе в зарубежных архивах. Исследовательская программа музея будет продолжать работу в этом направлении.

Промышленный туризм — лишь одна из граней музея. Тематически он гораздо шире: в нем соседствуют исторические и научно-популярные сюжеты. Но рассказ о производстве, безусловно, занимает в экспозиции важное место.

Прежде всего это пространство самих заводов. Например, специально для музея был создан прозрачный «парящий» макет завода «Массандра», выполненный по 3D-чертежам исторического комплекса. Сама архитектура музея вдохновлена голицынскими подвалами Нового Света на юго-восточном побережье Крыма, вырубленными в скале галереями «Массандры» и штольнями «Инкермана» с характерным рисунком бурения. Эти образы объединены, так что посетитель буквально проходит сквозь историю винных подвалов.

Мы раскрываем и сложные технологические темы, которые обычно остаются за пределами экскурсии по винодельне. Например, рассказываем о советском непрерывном методе шампанизации, который сделал игристое вино массовым продуктом, и о филлоксере — корневой тле, с которой российские и европейские виноделы боролись не одно десятилетие.

Мы надеемся, что музей станет точкой входа в тему. Получив представление о технологиях, гости отправятся на винодельни региона и сами увидят процесс.

Мультимедийные решения в нашем музее не заменяют подлинные предметы, а раскрывают процессы, стоящие за ними. Мы решили, что лучший способ понять специфику винодельческого ремесла — попробовать что-то самому. Так, посетители могут встать на место ремюера, специалиста по ручному вращению бутылок шампанского, и убедиться, насколько точной и аккуратной должна быть эта работа. Можно даже установить собственный рекорд. Также в экспозиции есть большая интерактивная виноградная лоза и мультимедийные «бочки», рассказывающие о процессах выдержки.

При этом интерактив для нас — это не только экраны, но и мультисенсорный опыт. Например, знакомство с вином начинается с аромата. Ольфакторные инсталляции позволяют посетителям узнать, как формируется букет вина и как выдержка в бочках разной степени обжига влияет на его органолептические свойства. Наша задача состояла в том, чтобы превратить сложные технологические процессы в личный опыт.

Наш музей рассказывает о 150-летней истории российского промышленного виноделия. По тематическому охвату и площади экспозиции он сопоставим с крупнейшими мировыми центрами винной культуры, такими как Cite du Vin во Франции и Museo Vivanco de la Cultura del Vino в Испании.

Для обзора такого масштаба необходимо было выбрать несколько опорных исторических точек. Основное внимание уделено этапам и людям, определившим развитие крупных промышленных проектов. Это виноделие удельного ведомства, опыты князя Льва Голицына по промышленному производству шампанских вин и советский период.

Жертвовать чем-либо ради мультимедийного формата нам не пришлось: отбор определяла концепция, а не технологии. Музей не ставит целью представить полную панораму современных виноделен или дать экономическую оценку отрасли. Его задача — погрузить посетителя в контекст эпохи через последовательный маршрут и мультисенсорный опыт, а это требует тонкой режиссуры и неизбежно предполагает выбор. Более узкие профессиональные и технологические темы мы раскроем в рамках временных выставок и будущих проектов.

Князь Голицын был тесно связан с художественной сферой: он собирал живопись и предметы декоративно-прикладного искусства, близко общался со скульптором Павлом Петровичем (Паоло) Трубецким. Трубецкой создал скульптурный портрет князя еще при его жизни. Скульптура стояла в Новом Свете, и во время празднования 25-летия винодельческой деятельности Голицына ее показывали гостям имения. Это свидетельство, а также множество ярких описаний могучей фигуры князя, оставленных современниками, вдохновили нас на создание в музее сразу нескольких его изображений. Мы провели открытый конкурс на скульптурный портрет Голицына, и его результаты представлены в атриуме музея.

Парящая скульптура «Лев Голицын» создана специально для музея мастерской Андрея Мартьянова. Нам представляется, что масштабом замыслов этот скульптор созвучен самому герою. А Голицын, любивший быть в центре внимания, смеем предположить, охотно сфотографировался бы рядом со своим изображением.

Музей следует принципу самого Голицына: «Вино — это люди». История российского виноделия — это прежде всего история людей, которые вкладывали в свое дело знания, энергию и нередко собственные состояния.

У истоков промышленного виноделия на юге России стояли люди большого масштаба: князь Григорий Потемкин, академик Петр Симон Паллас, граф Михаил Воронцов.

Особый раздел экспозиции — «Ученики Голицына». Он посвящен виноделам и ученым, которые считали себя последователями князя. Среди них Александр Егоров, создатель коллекции марочных вин, Антон Фролов-Багреев, отец советского шампанского, Михаил Ховренко, автор первой масштабной классификации вин, Николай Простосердов, заложивший основы новой науки о вине, Михаил Щербаков, основоположник профильного образования, и другие.

Но вино — это не только профессионалы, это еще и те, кто сделал его частью культуры. В экспозиции мы рассказываем о легендарном новосветском Клубе брютерианцев, в который входили Алексей Толстой, Максимилиан Волошин и даже император Николай II. Сегодня музей формирует собственное сообщество: на основе экскурсионного направления развиваются медиаторская и дискуссионная программы, где вино становится поводом для разговора об истории, культуре и людях.

Мы изначально создавали музей для самой широкой аудитории, и разнообразие туристического потока Геленджика для нас скорее преимущество. Среди наших гостей есть и семьи, для которых поход в музей становится частью отдыха у моря, и люди, далекие от винной темы, и путешественники, приезжающие на юг именно ради вина.

Геленджик сегодня — один из центров винного туризма на юге России: вокруг города много виноделен, а климат исторически благоприятен для виноградарства. Поэтому для многих гостей музей становится первой остановкой на винном маршруте. Здесь можно узнать историю и технологии, а затем продолжить знакомство уже на винодельнях Кубани и Крыма.

При этом мы говорим о вине прежде всего как о явлении культуры. В экспозиции представлены прижизненные и редкие издания Пушкина, Куприна, Горького, фрагменты советских фильмов, предметы дизайна. Этот культурный код понятен каждому. Просветительские программы и издательские проекты музея будут и дальше выводить разговор о вине в широкое культурное поле.