Налоговая безопасность в 2026 году: старые схемы защиты бизнеса теперь опасны

Адвокаты Красноярской краевой коллегии адвокатов «Налог и Право» Светлана Федоренкова и Иван Кориков, анализируя правоприменительную практику, отмечают несколько тенденций, которые важно учитывать при управлении налоговыми рисками.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Сегодня налоговая безопасность во многом определяет существование бизнеса. ФНС в условиях бюджетного дефицита всё более агрессивна и активна. Суммы доначислений и пеней достигают сотен миллионов рублей. Налоговая служба в 1-м квартале 2026 года в три раза увеличила число выездных проверок у крупнейших компаний, почти в восемь раз возросли доначисления. Оспорить решение налоговых органов при этом крайне сложно, и судебная практика это подтверждает.

В этой ситуации механизмы оптимизации и защиты бизнеса требуют пересмотра. Проработка налоговых рисков до того, как на них обратила внимание налоговая и вызвала на комиссию, – единственный реальный механизм сегодня. К ответственности всё чаще приводит недооценка налоговых рисков не только самого налогоплательщика, но и связанных с ним лиц – собственников и топ-менеджеров.

Передача бизнеса накануне проверки больше не защитит

Наша практика консультирования и анализ судебных решений показывают, что бизнес всё еще верит в такой «защитный механизм», как перевод бизнеса с одного лица на другое накануне или во время налоговой проверки. Налоговые органы уже поставили на поток обнаружение и эффективное взыскание задолженности с взаимозависимых лиц. В Налоговом кодексе РФ даже механизм взыскания закреплён и применяется при переводе выручки, передаче денежных средств и иного имущества с компании-должника на другое лицо.

Например, в деле о гостиничном бизнесе в Тюмени суды оценивали обстоятельства передачи бизнеса: как мигрировали кадры, перезаключались договоры, обнаружены ли аналогичные виды деятельности и т.д. Суд просто сопоставил даты совершения указанных действий с моментом начала мероприятий налогового контроля. И этого оказалось достаточно, чтобы взыскать с налогоплательщика 37 млн рублей налогов, пеней и штрафов.

По таким делам суды уже в самом начале спора принимают обеспечительные меры, в том числе арест средств на счете. Спор может длиться более года, а в финале – взыскание задолженности.

Сегодня суды оценивают вызов налогоплательщика на комиссию и сообщение о потенциальных налоговых нарушениях как момент, с которого распоряжение имуществом начинают оценивать через призму «перевода бизнеса» в целях уклонения от уплаты налогов.

Кроме взысканий с взаимозависимых компаний есть ещё и личная ответственность контролирующих лиц, с которой мы всё чаще сталкиваемся в своей адвокатской работе. К контролирующим лицам теперь относят не только формальных руководителей, но и фактических владельцев бизнеса и лиц, влияющих на принимаемые решения.

Нет денег на банкротство – взыщут с личных счетов

Ещё один «защитный механизм» взят налоговой и судами под контроль, то есть он стал небезопасен. Налоговая проводила проверку, считала задолженность, компания в ответ объявляла себя банкротом, но процедура банкротства останавливалась, потому что у компании не было средств на её финансирование. Бизнес часто пользовался этим способом, чтобы списать задолженность и «выдохнуть» – опасность миновала.

Но судебная практика изменилась и даже закреплена на уровне Верховного суда РФ. Если сегодня списать задолженность как невозможную ко взысканию, то всё равно останется вопрос субсидиарной ответственности.

Например, в деле строительной компании из Московской области, пользующейся услугами «технических» фирм, налоговый орган обратился с иском в суд, в котором рассматривался вопрос о причинах невозможности взыскания задолженности. Верховный суд поставил на рассмотрение вопрос вины контролирующего лица, и теперь суд может взыскать 19 млн руб. долга лично с собственника бизнеса.

По сути, сегодня в правоприменительной практике появилась неутешительная для налогоплательщика дилемма:

— не можешь финансировать процедуру банкротства и виновен (использовал однодневки, вывод активов) = иск о субсидиарной ответственности;

— можешь финансировать, виновен (использовал однодневки, вывод активов), но не хватает активов = иск о субсидиарной ответственности.

Уголовные риски денежных переводов и союз прокуратуры с ФНС

С 2025 года активно применяется уголовная ответственность за незаконные переводы денежных средств. В рамках ст. 187 УК РФ «Неправомерный оборот средств платежей» незаконными могут быть признаны: электронные переводы, выдача/получение наличных, которые зачислены на счёт без правовых оснований или без сделки.

Например, компания направила платежное поручение в адрес контрагента, признанного «техническим», и это может стать основанием как для доначислений, так и для возбуждения уголовного дела с заключением под стражу или под домашний арест.

Неприятные сюрпризы из-за уголовной ответственности и финансовых потерь на этом не заканчиваются. За последние пару лет к налоговым спорам активно присоединяется прокуратура. Сложившийся тандем всё чаще показывает свою сверхэффективность и стал для налогоплательщика в суде почти непобедимым.

Суть совместной работы госорганов в следующем: налоговый орган сначала проводит проверку, делает доначисление, а следом прокуратура подаёт иск о взыскании в казну сумм оплат по сделкам, признавая их противоречащими основам правопорядка и нравственности. Да, именно так – сделки по перечислению средств признаются безнравственными. При таком формате под взыскание попадает вся сумма сделки, а не только недоимка по налогам.

Интерес прокуратуры вызывают как внутригрупповые займы, платежи на единый налоговый счёт, так и любые сделки, которые связаны с получением необоснованной налоговой выгоды или уклонением от уплаты налога. Сумма сделки при этом может находиться в диапазоне от совсем незначительных сумм до сотен миллионов рублей.

Например, в феврале 2026 года прокуратуре Ульяновской области удалось на этом основании оспорить сделки по перечислению денежных средств между двумя компаниями, и вся сумма в 450 млн рублей была взыскана в бюджет государства.

Сегодня бизнес работает при высоком контроле государства над хозяйственными операциями. Тенденции 2025–2026 годов требуют пересмотра подходов к управлению налоговыми рисками. При любой сделке, любом бизнес-маневре рекомендуется проводить экономический и юридический анализ, чтобы учитывать риски и принимать корректное управленческое решение.