Ковбои без страха и утех

$
83.87
€
93.77
IMOEX
2440.11
¥
12.53

Новый вестерн-сериал на Netflix фиксирует эволюцию жанра

Авторы «Первозданной Америки» собрали все штампы неовестернов и слепили из них бодрое и жестокое повествование о временах, когда страна только обретала свое пресловутое величие.

Кадр из сериала «Первозданная Америка», режиссер Питер Берг, 2025

Марк Л. Смит, сценарист фильма «Выживший», в котором Леонардо Ди Каприо ночевал в лесу с медведем, cвой новый зимний вестерн о выживальщиках сочинил на основе реальных событий. В сериале «Первозданная Америка» речь идет о резне в Юте в 1857 году, когда группа мормонов и индейцев жестоко расправилась с путешествующими переселенцами. Но главный персонаж вымышленный — это самоотверженная мать-одиночка Сара Холлуэй (Бетти Гилпин), которая намерена из Канзаса добраться через весь Дикий Запад к разбогатевшему на золотых приисках мужу, чтобы он увидел, какой чудесный у них вырос сын. Все мужчины на границе диких земель в форте Бриджер по очереди отговаривают Сару от опасной затеи. Но отважная женщина шипит на скептиков и требует проводника — ей надо добраться до городка Крукс-Спрингс, а там хоть трава не расти. Основатель форта Джим Бриджер (Ши Уигэм) предостерегает Сару: на этой территории бесчинствуют индейцы, да и мормоны под предводительством губернатора Юты Бригама Янга (Ким Коутс) не любят, когда всякие проходимцы мешают им строить в диком поле вожделенный Сион. Бриджер и Янг — подлинные исторические персонажи, участвовавшие в «войне Юты», когда регулярная армия США пыталась обуздать мормонов. Эту войну режиссер Питер Берг снимает в своей излюбленной ультрареалистичной манере: в кадре пальба, кровь мешается с грязью, на крупном плане снимают скальп, индейские стрелы свистят у виска, камера вместе с нами пригибается к земле, а кругом воют волки, сверху сыпется снег, а снизу жжет огонь — Ди Каприо и не снилось!

Сара же готова на все — ко всему прочему за ее голову объявлена награда. Группа переселенцев соглашается взять несгибаемую женщину в свой караван, но тут-то банда мормонов и учиняет резню, которую режиссер Берг превращает в первоклассный экшен. Выживают немногие: раненый молодой мормон Джейкоб Пратт (Дейн Де Хаан) попадает к своим злым единоверцам, а его юная жена Эбиш (Саура Лайтфут-Леон) — к добрым индейцам. Сара с сыном и прибившейся к ним индейской девочкой находят проводника — таежного угрюмца Рида (Тейлор Китч), который ходит в мохнатой шубе, взирает на мир исподлобья и всегда держит палец на спусковом крючке.

В «Первозданной Америке» нет ничего, что мы бы не видели в телевестернах, вышедших на экраны в новом веке. Вот из хаоса покорения новых земель рождаются власть и закон, как в выдающемся «Дэдвуде», вот прибывший в дикую местность новичок обнаруживает, что на фронтире идет игра без правил, как в «Клондайке», вот ухватившийся за кусок земли хозяин не хочет никому его отдавать, пока по пересеченной местности едут в поисках своего угла переселенцы, как у Тейлора Шеридана в приквелах «Йеллоустоуна» сериалах «1883» и «1923». Тут вспоминается шутка: «В вестерне сюжет не меняется — меняется лошадь».

Только в неовестерне XXI века с лошади упали и потерялись классические типажи. Образцовый вестерн 1950-х населяли четыре архетипа: герой-поборник закона, антагонист (бандит или индеец), нежная дева в беде (выходит замуж за героя) и женщина трудной судьбы с золотым сердцем (путается с антагонистом). Но в неовестернах благородные герои перестали быть неубиваемыми, а нежная дева заматерела. Беглянка Сара не типичная «дева в беде» — новая эпоха вестерна предъявляет нам не беспомощных женщин, а тех, кто берет ружье и садится в седло наравне с мужчинами. Хотя разнообразных бед и опасностей, из которых Сару выручает ее белый спаситель Рич, хватит на дюжину старых фильмов. Но главное — в форте Бриджер, где скучают по ласке суровые мужики, нет борделя! Пить — пьют, но к женщинам с золотым сердцем не ходят, потому что Смит не вставил таких женщин в сценарий: на фронтире прописалась политкорректность. Вдобавок суровые мужики в кадре еще и не курят — недосуг: тут же надо от индейцев отмахаться, руки все время заняты. «У тебя есть табак?» — спрашивал у героя вестерна «Мертвец» (1995) каждый встречный. Все, нет больше табака.

Кадр из фильма «Мертвец», режиссер Джим Джармуш, 1995

Та же политкорректность предписывает больше не изображать индейцев страшными дикарями, как было принято в классическом кино про Дикий Запад, поэтому индейцы из племени шошонов тут просто душки — особенно на фоне мормонов. Всего-то полвека потребовалось Голливуду на эту метаморфозу, если считать с момента, когда Марлон Брандо отправил вместо себя за «Оскаром» индианку Сачин Маленькое Перо, и она произнесла речь о правах индейцев, а главный голливудский ковбой Джон Уэйн пытался вытолкать ее со сцены.

Лозунг нового старого президента «сделаем Америку снова великой» совпал по времени с возрождением в поп-культуре вестерна. Очевидно, авторы неовестернов считают великим именно это время становления государства из грязи и крови. Но такие авторы, как Тейлор Шеридан и шоураннер «Первозданной Америки» Марк Л. Смит популярно и наглядно объясняют, какова была цена этого величия.

Вестерн снова в седле

Пять сериалов последних десятилетий, которые демонстрируют, как жанр изменился в ХХI веке в сравнении с классическим периодом киновестернов 1940–1950-х

Постмодернизм: «Правосудие», 2010–2015

Действие неовестерна не обязательно должно происходить на Диком Западе: настоящему индейцу — завсегда везде фронтир. Федеральный маршал Рейлан Гивенс, меткий стрелок в ковбойской шляпе, находит его в наши дни в родном Кентукки, где методично отстреливает подонков, рискуя расстаться с маршальским значком. Дух вестерна оживает в сценарии Элмора Леонарда.

Кадр из сериала «Правосудие», режиссеры: Адам Аркин, Джон Эвнет и другие, 2010–2015

Историзм: «Хэтфилды и Маккои», 2012

В 1865-м Рэндалл Маккой и Дьявол Энс Хэтфилд вернулись с Гражданской войны, где оба сражались за южан, и тут затеяли ссору — она длилась 20 лет, были убиты полтора десятка человек. В вестерне нового типа романтические отношения героя и злодея сменились «грязным реализмом» без четкого разделения на добро и зло. Он принес каналу History 12 телепремий «Эмми» и перезагрузил карьеру Кевина Костнера как актера вестернов.

Кадр из сериала «Хэтфилды и Маккои», режиссер Кевин Рейнольдс, 2012

Реализм: «Ад на колесах», 2011–2016

Каллен Боханнон, тоже бывший солдат армии южан, нанимается на строительство железной дороги Юнион Пасифик, где наживаются нечистые на руку дельцы во времена, когда «война окончена, Линкольн мертв, вся нация — как одна открытая рана». Сделанный по следам «Дэдвуда», этот неовестерн представляет историю освоения новых земель и рождения порядка из хаоса не как героическую сагу про исключительные обстоятельства, а как обычную жизнь. А чтобы она продолжалась, надо забыть про старые раны.

Кадр из сериала «Ад на колесах», режиссеры: Дэвид Фон Энкен, Адам Дэвидсон и другие, 2011–2016

Феминизм: «Забытые богом», 2017

В шахтерском городке в Нью-Мексико все мужчины погибли в штольне при взрыве шахты, кроме полуслепого шерифа. Бордель закрылся, и чтобы защититься от рыскающих кругом мародеров, власть — а также ружья — взяли в руки женщины. Классические вестерны, где женщины выходят на передний план, можно пересчитать по пальцам («Джонни Гитара», «Сорок ружей», «7 женщин»). Но спродюсированный Стивеном Содербергом феминистский неовестерн легко поменял канон: здесь женщины взвалили на себя мужские функции спасителей и защитников.

Кадр из сериала «Забытые богом», режиссер Скотт Фрэнк, 2017

Ревизионизм: «Англичанка», 2022

Приключения переселенки на Диком Западе могли бы закончиться трагически, не встреть она честного проводника-индейца: в 1890 году освоение диких земель уже завершено, но зверские нравы никуда не делись. Британский шоураннер помещает после титров сериала кадры из фильма 1899 года «Похищение индейцев», снятого в Англии,— вестерн придумали там! И в то же время без устали клеймит пионеров — покорителей фронтира, подразумевая, что Америка ковала свое величие жестоко и безжалостно.