Решения сессии Всекитайского собрания народных представителей возвращают нас к теме российско-китайских параллелей. На протяжении многих лет интерес к ней то затухает, то вспыхивает с новой силой по мере того, как российская элита осваивает "китайский опыт". И в итоге находит в нем для себя гораздо больше притягивающего, чем чуждого. Китайская классика жанра — реализованный в 80-е годы прошлого века тезис Дэн Сяопина "либеральная экономика плюс политическая стабильность" вполне вписывается в российскую концепцию "суверенной демократии". И более того, если копнуть глубже, является ее скрытой пружиной.
Сегодня российско-китайские параллели обусловлены не только тем, что обе страны почти одновременно подошли к необходимости переформулировать свою стратегию развития. Сходная ситуация складывается не только во внутренних делах, но и во внешней политике. Все чаще упоминаемые в заявлениях американских политиков недобрым словом через запятую Китай и Россия в отношениях с Западом решают одну и ту же задачу: как выстроить эти отношения таким образом, чтобы и уважать себя заставить, и не впасть в капитулянтство, которое будет истолковано как проявление слабости великой державы.
На этом нынешнее сходство двух стран заканчивается и начинаются различия. Посмотрите, как по-разному реагируют на западную критику в свой адрес Москва и Пекин. В Москве эта критика вызывает бурю негодования, пафос которого можно определить так: ну почему же вы нас так не любите?! Дальше следует набор определений-самооценок: мы ведь такие открытые, миролюбивые, ответственные за судьбы мира, стабильные, демократичные и т. д. Наиболее распространенное объяснение, почему так происходит, звучит так: Россия встала с колен, стала сильной, и вот тут-то и послышался зубовный скрежет. Между тем на фоне этой геополитической патетики про недооцененное Западом российское величие китайская сторона перед лицом западной критики выглядит по-олимпийски спокойной, если не сказать непрошибаемой. Реакцию Пекина, вернее, ее отсутствие, можно определить так: мало ли что там говорят и пишут о нас на Западе, Китай большой — ему видней.
При этом если Россия громко кричит Западу: "Полюбите же меня наконец!", Китай ничего подобного не кричит. Но тихо делает все, чтобы медовый месяц или "час любви" в отношениях с Западом настал. В этом смысле решения последнего китайского съезда, содержащие намеки на грядущую либерализацию всей политической системы КНР, становятся недвусмысленным сигналом к Западу: смотрите, в какую сторону эволюционирует страна. Ваши представления о "красном" или "авторитарном Китае" скоро могут оказаться морально устаревшими. Меняя вектор развития или по меньшей мере делая вид, прагматичный Пекин упирает не на свою "суверенность", а на демократизацию. В основе такого подхода лежит осознанное понимание того, что иного пути сломать барьеры в отношениях с Западом просто нет.
А что же Россия? Россия по-прежнему ценит китайский опыт. Но только тот самый классический опыт прошлого, а не нынешнего века. От которого уходит современный Китай.