Вчера президент России Владимир Путин принял в своей сочинской резиденции премьер-министра Италии Романо Проди. Специальному корреспонденту Ъ АНДРЕЮ Ъ-КОЛЕСНИКОВУ сразу стало понятно, что, в отличие от встречи здесь же, в Сочи, два дня назад Владимира Путина и канцлера Германии Ангелы Меркель, на сей раз встретились два товарища.
Президент России и премьер-министр Италии вошли в переговорную комнату, весело смеясь. Было понятно, что этим людям нечего делить в жизни. Владимир Путин, во всяком случае, сделал все для того, чтобы это было понятно журналистам. Он постоянно называл итальянского премьер-министра на "ты" и, если не ошибаюсь, все время хотел подчеркнуть, насколько его отношения с итальянским премьером отличаются от отношений с немецким канцлером. В лучшую, разумеется, сторону.
Романо Проди не только не портил впечатления, которое старался произвести на окружающих Владимир Путин, но и, казалось, изо всех сил старался усилить его. После обмена градом любезностей у меня остался только один вопрос: почему Италия до сих пор не получила царского предложения, от которого в сентябре прошлого года отказалась Ангела Меркель — превратить страну с кризисной по европейским меркам экономикой в газораспределительный центр всей Европы? Своим безупречным поведением господин Проди заслужил такой подарок. Очевидно, Владимира Путина сдерживает одно соображение: что господин Проди, подумав, откажется от него так же, как госпожа Меркель. Обжегшись на молоке, дуют ведь на воду.
Переговоры президента России и премьер-министра Италии были короткими. По данным Ъ, Владимир Путин просил итальянского премьера решить наконец вопрос о выделении €360 млн на ратификацию российско-итальянского межправительственного соглашения "О сотрудничестве в уничтожении запасов химического оружия в Российской Федерации". Россия по этому соглашению строит завод по утилизации химического оружия в городе Почеп в Брянской области. Этот завод должен начать работать в 2008 году, и Россия истратила на него $600 млн в 2006 году и должна истратить еще 1 млрд в 2007-м. Между тем Италия не хочет расставаться со своими жалкими €360 млн.
Кроме того, на переговорах обсуждались планы итальянской компании Enel по приобретению распределительных объектов российской энергетики на территории нашей страны. Господин Путин благосклонно относится к этим планам, так как считает, что российские компании в Италии ждет ответная любезность.
Кроме того, в недрах организаций, готовивших эти переговоры, родилась, по данным Ъ, еще одна счастливая мысль: предложить господину Проди обменять голос Италии в Международном олимпийском комитете при определении столицы Олимпийских игр-2014 (в пользу Сочи, разумеется) на голос России при решении вопроса о городе, который будет принимать ЭКСПО-2015 (на это претендует Милан). Но предложение оказалось, видимо, слишком смелым и на переговорах озвучено не было.
Господин Проди на пресс-конференции встал за трибуну с российским двуглавым орлом, и это не вызвало никакого удивления, ибо, по моим представлениям, полностью укладывается в логику развития российско-итальянских отношений.
Господин Путин рассказал, что сотрудничество двух стран носит всеобъемлющий характер. Так, первыми исполнителями на сцене реконструированного Большого театра в 2008 году будут артисты итальянского "Ла Скала" (чем-то это напоминает тактику компании Enel на российском энергетическом рынке).
У господина Проди, который до того, как стал премьер-министром Италии, поработал председателем Еврокомиссии, появились, судя по всему, амбиции лидера общемирового масштаба. Этот немолодой господин, засунув руку в карман брюк и часто и глубоко вздыхая, тихим голосом говорил о том, что в мире появилось слишком много новых фронтов.
— Палестина, Ливан, Ирак, Сомали... — неторопливо перечислял он, и это перечисление, казалось, причиняет ему настоящую боль.— Наверное, какой-то фронт надо уже закрывать. А то ситуация может выйти из-под контроля. В противном случае Афганистан, например, может стать раком на теле мира...
— Не знаю, смогу ли я дать исчерпывающий ответ,— задумчиво улыбнулся и господин Путин.— Есть такое выражение: монополизм всегда плох, но в одном случае очень хорош — когда монополия своя...
И тут выяснилось, что господин Путин решил использовать эту безобидную пресс-конференцию для очередного острого мировоззренческого вывода — впрочем, не нового.
— У кого-то,— сказал он,— возникла иллюзия, что мир стал однополярным и можно решать проблемы из одного центра. Такие подходы ведут к тому, что количество кризисов в мире возрастает. В этих условиях экономические, военные, политические возможности России растут и появляется конкурент, которого вроде бы и списали со счетов.
Могло показаться, что господин Путин, говоря это, выдает желаемое за действительное. Но президент России, судя по всему, так не считал.
— Это желание поставить Россию на место, которое ей кто-то наметил... — поморщился он. — Россия сама определит свое место в мире.
Главное, чтобы при этом она не нашла новых приключений.