Магия на лету
Айгуль Абдуллина о волшебном удешевлении «Байкала»
Я люблю реплику из фильма «Им покоряется небо»: «Большее не упрячешь в меньшее — это же очевидно». Ее произносит один из конструкторов самолета МиГ-9. «Но и очевидное требует рассмотрения»,— возражает ему генеральный конструктор. Рассмотрим «магическое поручение» президента об ускорении и улучшении самолета «Байкал». После него цена сократилась вдвое, до 260 млн руб., а требуемая длина взлетно-посадочной полосы — втрое. Эффект впечатляет, особенно если забыть, что в 2021 году самолет оценивали в 120 млн руб. Тогда замену «кукурузнику» ждали к 2023 году. С тех пор двигатель поменяли на отечественный, а сроки — на 2026 год.
Айгуль Абдуллина
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
Айгуль Абдуллина
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
Вау-эффект сразу заземлил комментарий Уральского завода гражданской авиации (УЗГА), который предложил дождаться самолета, прежде чем судить о цене. Хотя говорить, что самолет дорогой, начали еще тогда, когда его крупнейший заказчик «Аврора» захотела получить его в расширенной комплектации. Возможно, теперь приятные опции вроде автопилота или оборудования для захода на посадку с использованием спутниковой навигации придется отложить до лучших времен. Еще одно изящное решение применили в «Ростехе»: разницу между себестоимостью и директивной ценой для авиакомпаний компенсирует бюджет. Так, «Аэрофлот» начнет получать SJ 100 и МС-21 за 2,3 млрд и 3,6 млрд руб. при себестоимости в 5,4 млрд и 9 млрд руб. То есть вопрос с ценой так или иначе решаем: или ее подкорректируют в будущем, или разницу возложат на государство. Пока же в УЗГА мне уточнили, что снижение стоимости произойдет за счет комплектующих, контракт на которые заключался с поставщиками по ориентировочным ценам, и повышения технологичности сборки.
Проблему со сроками в авиации преодолеть труднее. Могут ли повлиять на этот параметр даже самые высокие поручения — вопрос открытый. Весной 2022 года на тот момент глава Минпромторга Денис Мантуров заявил, что ПД-8 для SJ 100 сертифицируют за 12–14 месяцев. Одни мои источники в отрасли назвали эти сроки несбыточными, другие обиделись на первых за скепсис. Но непослушное железо поручениям не подчиняется: когда у ПД-8 для SJ 100 разлетелись лопатки, пришлось начинать испытания заново. Два года спустя те, кого задевали публикации “Ъ”, признают, что декларируемые темпы были заведомо недостижимыми. Особенно сегодня — в условиях загрузки предприятий гособоронзаказом, дефицита комплектующих изделий и недостатка средств для выдачи авансов поставщикам. Вот где бы магия не помешала.
В чем мои собеседники не сомневаются — в способности «магически» сократить требования к длине пробега. Так, при неполной коммерческой загрузке и ограничении по загрузке топлива «Байкал» взлетит и по сокращенной полосе. И все будут правы, как сказано в том же фильме: «Сделаем все, что каждый требует – отличный будет самолет. Только не взлетит».