"Доктор, я умру?" — спрашивает пациент в известном анекдоте. "А как же!" — отвечает врач. Вчерашние переговоры в Москве по иранской проблеме — своего рода консилиум докторов, знающих, что пациент рано или поздно умрет. Суть разговоров не в том, можно ли его спасти,— даже если врачи еще говорят, что исцеление возможно. На деле обговариваются детали. Когда наступит смерть? В чью смену? Какие процедуры могут ее отсрочить, а какие — приблизить? Что делать с телом?
Что бы ни говорили, весь мир морально готов к войне в Иране. Даже Ху Цзиньтао, отправившийся объезжать основных экспортеров энергоресурсов в Китай, продемонстрировал, что Пекин понимает, что война неизбежна.
В этой войне заинтересованы все. США просто обязаны закончить начатое дело — перестройку Большого Ближнего Востока. Результатом войн в Афганистане и Ираке де-факто стал переход этих стран под иранское влияние. Шиитский юг Ирака и западная афганская провинция Герат контролируются скорее из Тегерана, чем из Вашингтона — а это США устраивать не может. Кроме того, любой американский президент, как известно, первый срок работает для переизбрания, а второй — для истории. Свержением иранского режима Джордж Буш обязан завершить свою историческую президентскую миссию.
Иран не меньше заинтересован в силовом сценарии противостояния с США. В Тегеране уверены, что свергнуть исламский режим американцам не под силу, зато война нынешним властям будет даже на руку. В настоящий момент нация и так выглядит намного более сплоченной, чем пару лет назад: перед лицом внешнего врага голоса очень многочисленных иранских оппозиционеров почти утихли. Начало войны же способно зацементировать иранское государство. Все этнические меньшинства (будь то азербайджанцы или курды) забудут о сепаратизме и грудью встанут на защиту общей родины. Окажется нейтрализованной и пассионарная молодежь, еще недавно участвовавшая в студенческих волнениях и кричавшая "Долой аятолл!". Вся их ненависть будет перенаправлена на Америку.
Даже Китай, и тот будет рад войне. Во-первых, Пекину предоставится возможность под шумок забрать себе Тайвань — воюющие США вряд ли помогут острову. Еще важнее то, что Китай оказывается в излюбленной роли мудреца, сидящего на холме и наблюдающего за битвой двух тигров. Китайские руководители не смогут не радоваться тому, что их потенциальный враг слабеет, растрачивая силы в борьбе с Ираном.
Впрочем, почти у всех заинтересованных сторон одна и та же проблема — они не хотят начинать войну прямо сейчас. Китаю, к примеру, надо договориться с альтернативными поставщиками нефти. США — подготовить общественное мнение и добиться согласия конгресса на ведение новой войны. Все тянут время, а Иран тем временем имеет возможность покуражиться, прекрасно понимая, что сейчас ему ничего не грозит.
Доктора, конечно, догадываются, когда больной умрет. Не секрет, что в ноябре в США пройдут выборы в конгресс,— лучше всего было бы ударить по Ирану прямо перед ними. Значит, у докторов есть еще полгода на разговоры и необходимые приготовления.