Дефицитная Россия

Вчера на комиссии правительства по бюджетным проектировкам премьер-министр Михаил Фрадков в целом одобрил идею Минфина подсчитывать ненефтяной бюджет страны. Напомним, Алексей Кудрин выступил с такой инициативой на организованном Ъ и ГУ-ВШЭ круглом столе, а затем в опубликованной на нашей полосе статье (см. Ъ от 30 марта).

В 2006 году бюджетный профицит должен составить около 3%, однако если "очистить" доходы бюджета от сырьевой прибыли, появится дефицит. Размеры его будут зависеть от степени "очистки". По оценкам эксперта Экономической экспертной группы Евгения Хотулева, при исключении из доходов экспортных пошлин на нефть и НДПИ (именно из этих источников сейчас пополняется стабфонд) дефицит ненефтяного бюджета в 2005 году составил 0,1% ВВП. "В 2006 году при заложенной правительством среднегодовой цене на нефть он должен достичь 2,8%",— заявил Хотулев. Если исключить еще и поступления в виде НДС и налога на прибыль нефтяных компаний, то дефицит вырастет до 1% в 2005 году и 3,8% в 2006 году.

Бюджет можно "очистить" не только от нефтяных прибылей, но и от газовых. Согласно предварительным оценкам по методике Минфина, в 2004 году дефицит "очищенного" таким образом бюджета составил 2,8% ВВП, а в первом полугодии 2005 года — 4,7% ВВП. Вообще, насколько далеко стоит заходить в "очистке" бюджета от сырьевых доходов, в определенной степени философский вопрос. Например, можно вычищать не только доходы от сырой нефти, но и акцизы на продукты нефтепереработки. Скажем, в Азербайджане сейчас обсуждается, следует ли относить доходы от транспортировки нефти к сырьевому сектору или все-таки к сектору услуг. Удаление из госбюджета всех сырьевых доходов сократит бюджет, по приблизительным оценкам, на треть.

Идея Минфина заключается в том, чтобы страна видела не только свои прибыли от мировых цен на нефть. Они сосредоточены в стабфонде, ставшем уже красной тряпкой для разнообразных идеологов позиции "как потратить". А видела также — относительную скудость своей несырьевой экономики. Такая практика существует во многих странах, где сырьевые доходы играют важную роль. В Норвегии все поступления от экспорта нефти учитываются отдельно, при этом каждый год конкретный размер трансфертов на покрытие дефицита ненефтяного бюджета определяется заново. В Казахстане предельно допустимый размер дефицита ненефтяного бюджета, определенный среднесрочным планом социально-экономического развития, составит 1,4% от ВВП в 2006 году, 1% — в 2007-м и 0,5% — в 2008-м.

Предложение Минфина, одобренное сегодня премьером, гораздо скромнее. Пока предлагается только считать ненефтяной бюджет и лишь в неопределенной перспективе ограничить и зафиксировать предельный размер его дефицита, который можно покрывать за счет сырьевых сверхдоходов. Остальные средства будут изыматься в стабфонд. Таким образом, по логике Минфина, будет достигнут компромисс. С одной стороны часть нефтяных денег все-таки пойдет на увеличение госрасходов. С другой — вброс таких денег в экономику будет законодательно ограничен. Руководитель Федеральной службы по финансовым рынкам Олег Вьюгин считает, что предельный дефицит ненефтяного бюджета следует установить в размере не более 3% ВВП.

Вечный оппонент правительства "справа" Андрей Илларионов, комментируя Ъ эту инициативу, указал, что идея была высказана не премьером сегодня, и даже не министром Кудриным, а содержалась еще в послании президента федеральному собранию 2002 года. Причем там предлагалось не просто считать ненефтяной бюджет, а именно разделить бюджет на две части: формируемую за счет регулярных доходов и нерегулярных. Более того, предполагалось учитывать именно все нерегулярные доходы, зависящие от конъюнктуры мировых рынков, а не только их нефтяную часть.

Идея выделения ненефтяного бюджета, по мнению господина Илларионова, демонстрирует определенный прогресс во взглядах правительства, однако не вполне корректна в экономическом смысле. "Россия была, есть сегодня и будет в обозримом будущем нефтяной страной",— говорит Илларионов. Поэтому нужно считать не ненефтяной бюджет, а бюджет, который может быть сформирован на основании долгосрочных цен на энергоносители, и изымать доходы, полученные за счет превышения текущих цен долгосрочной цены. Такой долгосрочной ценой бывший президентский советник, как известно, предлагает считать уровень в $12-15 за баррель. Если ориентироваться на расчеты МВФ, то сегодняшние бюджетные расходы следовало бы сократить на 8-9% ВВП, резюмирует он.