«Культура коммуникации российского бизнеса колоссально выросла»

Исполнительный директор ассоциации грантодающих организаций «Форум доноров» Александра Болдырева о том, какие качественные изменения происходят в корпоративной филантропии и почему, как и 15 лет назад, запрос на данные в отрасли остается актуальным, а также на бенчмарк, обмен опытом и регулярный диалог.

Пятнадцать лет назад прообраз проекта «Лидеры корпоративной благотворительности», носивший название «Крупнейший корпоративный донор», впервые подводил итоги. Тогда его участниками стали 11 компаний — те, кто решился показать объем финансирования благотворительности. Тогда раскрывать такую информацию компании не торопились и сам проект задумывался с целью продвижения идей ответственной и прозрачной корпоративной филантропии, а также как возможность сбора достоверных данных о деятельности компаний в этой сфере. Лишь две компании из того списка — «Норникель» и Росбанк — продолжают участвовать в проекте и сегодня, хотя сравнивать объем раскрываемых данных тогда и сейчас было бы неуместно.

Культура коммуникации российского бизнеса выросла колоссально. Даже если смотреть на традиционный программный портфель, в котором зачастую фигурируют все те же приоритеты: образование, здравоохранение, культура, социальная защита или развитие местных сообществ, он выглядит куда ярче и системнее, хотя остаются задачи по ремонту и поддержанию социальной инфраструктуры (сады, школы, больницы). Хотя бизнес зачастую и не называет благотворительность благотворительностью, логично следуя за актуальными международными трендами ESG, SDG, основные смыслы деятельности, направленной на общественное благо, остаются неизменными, но корректнее вписываются в бизнес-стратегию.

Влияние этих аббревиатур вместе с пандемией сказалось и на разнообразии социальных вопросов, которыми занимаются компании, и на системе управления. Погружение в относительно новую реальность стремительно ускорилось. Обновились требования к сотрудникам, а некоторые компании (например, Росбанк) ставят перед собой задачу, чтобы в каждом подразделении были люди, понимающие ESG-повестку, так как того требует ежедневная активность.

Это современные требования к компетенциям, которых еще несколько лет назад не было, а рынок пока не готов предложить достаточно специалистов, удовлетворяющих внезапно проявившийся спрос. Но большинство крупных вузов уловило тенденцию. Появляются магистерские программы, например в МГИМО, ВШЭ, разрабатываются отдельные курсы, программы повышения квалификации. Тема вплетается в уже существующие программы управления бизнесом.

В практику глобальных компаний входят долгосрочные обязательства в области устойчивого развития, которые часто отсылают к программам социнвестиций, в частности в сфере образования. Такие обязательства, например, опубликовали «Coca-Cola HBC Россия» (к 2025 году достичь участия более миллиона молодых людей в образовательной онлайн-программе «Youth Empowered — Твой путь к успеху!») и IBM (к 2030 году пропустить через обучающие программы 30 млн человек, для чего заключены соглашения более чем со 170 академическими, общественными и коммерческими организациями из разных стран). Такой подход существенно отличается от классической коммуникации соцпрограмм, так как помимо ответов на вопросы «зачем делаем и что сделали» появляется четкий KPI, с которым компания будет соотносить результаты работы.

Партнерства и цифровизация стали чуть ли не синонимом нового времени, существенно изменив представления о возможностях и рисках не только современного образования, но и качества жизни, включенности в социум, доступности медицинских и иных услуг. Неудивительно, что за последние полтора года таких программ стало существенно больше.

Компания «Сахалин Энерджи» поддержала общественные и бюджетные организации в рамках грантового конкурса «Цифровая трансформация образовательных и социальных услуг», направленного на внедрение онлайн-форматов. «Сбер» запустил цифровую платформу для школы, которая может помочь педагогам и родителям построить индивидуальную образовательную программу для ребенка.

Качественно изменилось отношение к партнерству. Еще семь лет назад на одной из конференций, обсуждая вопрос взаимодействия компаний в рамках соцпрограмм, дискуссия скатывалась до обсуждения «кто старше» и «чей же это проект». Сегодня компании готовы вовлекать и вовлекаться в совместные инициативы и проекты. Например, «Партнерский интенсив» — совместный проект «Русала» и ЕВРАЗ, который предусматривает разработку и проведение обучающих мероприятий по соцпроектированию для лидеров местных сообществ и органично вписывается в их собственные программы. Мощным стимулом для объединения компаний стало развитие корпволонтерства: сейчас трудно найти крупную компанию, в которой этот элемент личной и корпоративной благотворительности остался без внимания.

Образование или культура везде и всегда популярны у доноров. Но есть направления, дефицит внимания к которым удивлял еще лет семь-восемь назад, когда поддержка науки была в фокусе у 10–15% компаний. Сегодня у двух из трех компаний, участвующих в «Лидерах корпоративной благотворительности», есть программы поддержки научных институтов, поддержка молодых ученых или финансирование научных разработок. Особый интерес появился к темам экологии и здравоохранения и, конечно, к темам, связанным с особенностями бизнеса. Таким примером является развитие международного научно-образовательного проекта «Зеленая химия для жизни», запущенного в 2013 году «Фосагро» и ЮНЕСКО при поддержке Международного союза теоретической и прикладной химии. Проект предоставляет гранты молодым ученым, работающим над передовыми химическими технологиями в охране окружающей среды, рациональном использовании природных ресурсов и во вторичной переработке отходов.

Одним из самых ярких трендов развития корпоративных социнвестиций становится инклюзия. «Разнообразие, равноправие и инклюзия» (от англ. «Diversity, Equity, Inclusion») — «новый черный» ответственных компаний. Если ранее эта проблема зачастую трактовалась как поддержка людей с инвалидностью, то сейчас компании смотрят на нее шире, интегрируя в концепцию людей с любой особенностью жизнедеятельности. Это касается и внешних программ, и офисов компаний.

Расширяется практика сопровождаемого трудоустройства людей с инвалидностью, как и перечень групп, попадающих в поле зрения работодателей. В 2020 году компания МТС продолжила масштабирование проекта «МТС — компания для всех» по найму на работу людей с инвалидностью и людей зрелого возраста, а также формирования соответствующей культуры внутри компании.

Разнообразие, равноправие и инклюзия часто интерпретируются как равенство женщин и мужчин. Если десять лет назад в социальной повестке бизнеса отсутствовали программы гендерного равенства, сегодня они так или иначе присутствуют у 50% участников проекта «Лидеры корпоративной благотворительности».

Среди организаций, широко трактующих инклюзию,— «JTI Россия», которая определяет ее как более эффективное участие в жизни общества, особенно для людей в неблагоприятных условиях, путем расширения возможностей, доступа к ресурсам, права голоса и соблюдения прав человека. Это расширяет группы благополучателей и направления поддержки. В 2020 году компания провела грантовый конкурс, а после исследовала 16 целевых групп, среди которых не только лица с инвалидностью, но и группы, сталкивающиеся с разными экономическими, географическими или культурными барьерами на пути к своей реализации.

Анализ потребностей целевых групп, на которые направлена помощь, становится частью планирования благотворительных и соцпрограмм. ЦУР ООН фиксируют глобальные вызовы. В России национальные цели также стали своего рода ориентиром для сонастройки социальных инициатив многих компаний. Впрочем, системного описания того, что может быть реальной помощью конкретным группам населения или региону и что для этого нужно сделать, бизнесу хватает не всегда. Официальной статистики зачастую бывает недостаточно, обмен информацией все еще буксует. Запрос на данные и сегодня, как 15 лет назад, остается актуальным, а также на бенчмарк, обмен опытом и регулярный диалог.