'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
Отцы с Валерием Панюшкиным
На даче, где дочь моя Варя проводит лето, есть два мальчика по имени Тема. Оди
На даче, где дочь моя Варя проводит лето, есть два мальчика по имени Тема. Один Тема постарше. Ему лет пятнадцать, и он высокий стройный молодой человек с красиво накачанным торсом. Другой Тема помладше. Ему лет двенадцать, он худой и с печальными глазами. Из мальчишеских доблестей младший Тема примечателен только тем, что умеет, едучи на велосипеде без рук, снять и надеть обратно майку, не прекращая движения.
Так вот, моя четырехлетняя дочь влюбилась в младшего Тему. Не думаю, что она видела, как он виртуозно снимает и надевает майку, но просто не могла же девочка из интеллигентной семьи влюбиться в бодибилдера.
Надо сказать, младший Тема приложил-таки некоторые усилия, чтоб вскружить моей дочери голову. Во-первых, он приглашал мою дочь к себе в гости и угощал красной и черной смородиной с куста. Во-вторых, на озере младший Тема кидал в воду весло от надувной лодки и кричал:
— Варя, смотри, весло сейчас утонет!
— Ах! — отвечала Варя, делая вид, будто ее и впрямь заботит судьба весла.
По команде "ах!" Тема бросался вслед за веслом в воду, догонял непотопляемое весло, топил его и, удерживая ногами под водой, кричал:
— Варя, весло утонуло, смотри!
Варя смотрела с тем выражением восторга на лице, с каким смотрят люди, уверенные, что вот сейчас прямо на их глазах случится чудо. И чудо действительно случалось. Тема переворачивался, из-под воды вылетали наверх Темины ноги и в ногах весло, не знаю уж, как он собирался грести ногами. Фрейдистских подтекстов этой игры я тоже обсуждать не собираюсь, но, так или иначе, Варя стала звать этого мальчика "Тема, который со мной играет".
Варя заставляла всех окружающих фотографировать ее с Темой в обнимку, а потом бесконечно показывать ей эти фотографии. Варя дарила Теме самое дорогое, например бисерный браслетик или дождевого червяка. И постоянно про Тему разговаривала. Это было невыносимо, в конце концов.
"Можно поговорить о чем-нибудь, кроме Темы?" — спрашивал я и получал ответ, который получу еще, вероятно, не однажды: "Нельзя, папа, Тема играет со мной, понимаешь?"
Единственное обстоятельство, ненадолго отвлекшее Варю от разговоров о Теме, была трагическая гибель кота моей двоюродной сестры по кличке Ангел. Кот Ангел был белый, пушистый и милый. Он на лето тоже приезжал на дачу, пользовался там свободой, охотился, гулял по ночам, и вот однажды утром, выйдя из дома, мы нашли кота Ангела лежащим на садовой дорожке. Он был окровавлен и мертв. Его, наверное, разодрали ночью собаки.
Поначалу Варя не слишком проявляла скорбь по Ангелу, но потом, сидя на горшке, ибо на горшке человека посещают печальные мысли, девочка стала раскачиваться тихонько и приговаривать:
— Какая грусть! Какая грусть!
— Ты о чем это, Варенька?
— Я об Ангеле. Какая грусть, что он ушел к своим кошачьим богам и духам кошачьих предков!
— Господи! Кто тебе рассказал про духов кошачьих предков?
— Дед.
Дед у нас материалист коммунистических взглядов и никак не мог рассказать девочке про духов кошачьих предков, но если спросить Варю, кто рассказал ей что-нибудь сомнительное или научил какой-нибудь шалости, Варя всегда валит все на деда, потому что знает, что деда никто не станет наказывать.
Прогулка в лес в тот день сопровождалась разговорами про почившего кота Ангела и про Тему, как же без Темы. Не помню уж, что я врал, отвечая на шквал вопросов о Темином младенчестве и о младенчестве Ангела, однако смерть кота парадоксальным образом заставила Варю заглянуть не в ту бездну небытия после жизни, в которую отправился кот, а в ту бездну небытия, которая предшествует рождению.
— А когда Тема был маленький, я где тогда была?
— Тебя тогда еще не было.
— А когда Ангел нашелся маленьким котенком, я где тогда была?
— Тогда тебя тоже еще не было.
— Как это меня не было? Я была у мамы в животике?
— Нет, тогда тебя даже у мамы в животике не было.
— Как это не было? Где-то же я была. Может, на небе?
— Кто тебе рассказал про небо?
— Дед.
— Ну не знаю, может, и на небе.
— Как там на небе? - спросила девочка.
— Ну не знаю, наверное, там ангелы.
— Ангелы?! — Варя вытаращила глаза от удивления.
Уверен, что она представила себе облака и стада котов в облаках.
Так вот, моя четырехлетняя дочь влюбилась в младшего Тему. Не думаю, что она видела, как он виртуозно снимает и надевает майку, но просто не могла же девочка из интеллигентной семьи влюбиться в бодибилдера.
Надо сказать, младший Тема приложил-таки некоторые усилия, чтоб вскружить моей дочери голову. Во-первых, он приглашал мою дочь к себе в гости и угощал красной и черной смородиной с куста. Во-вторых, на озере младший Тема кидал в воду весло от надувной лодки и кричал:
— Варя, смотри, весло сейчас утонет!
— Ах! — отвечала Варя, делая вид, будто ее и впрямь заботит судьба весла.
По команде "ах!" Тема бросался вслед за веслом в воду, догонял непотопляемое весло, топил его и, удерживая ногами под водой, кричал:
— Варя, весло утонуло, смотри!
Варя смотрела с тем выражением восторга на лице, с каким смотрят люди, уверенные, что вот сейчас прямо на их глазах случится чудо. И чудо действительно случалось. Тема переворачивался, из-под воды вылетали наверх Темины ноги и в ногах весло, не знаю уж, как он собирался грести ногами. Фрейдистских подтекстов этой игры я тоже обсуждать не собираюсь, но, так или иначе, Варя стала звать этого мальчика "Тема, который со мной играет".
Варя заставляла всех окружающих фотографировать ее с Темой в обнимку, а потом бесконечно показывать ей эти фотографии. Варя дарила Теме самое дорогое, например бисерный браслетик или дождевого червяка. И постоянно про Тему разговаривала. Это было невыносимо, в конце концов.
"Можно поговорить о чем-нибудь, кроме Темы?" — спрашивал я и получал ответ, который получу еще, вероятно, не однажды: "Нельзя, папа, Тема играет со мной, понимаешь?"
Единственное обстоятельство, ненадолго отвлекшее Варю от разговоров о Теме, была трагическая гибель кота моей двоюродной сестры по кличке Ангел. Кот Ангел был белый, пушистый и милый. Он на лето тоже приезжал на дачу, пользовался там свободой, охотился, гулял по ночам, и вот однажды утром, выйдя из дома, мы нашли кота Ангела лежащим на садовой дорожке. Он был окровавлен и мертв. Его, наверное, разодрали ночью собаки.
Поначалу Варя не слишком проявляла скорбь по Ангелу, но потом, сидя на горшке, ибо на горшке человека посещают печальные мысли, девочка стала раскачиваться тихонько и приговаривать:
— Какая грусть! Какая грусть!
— Ты о чем это, Варенька?
— Я об Ангеле. Какая грусть, что он ушел к своим кошачьим богам и духам кошачьих предков!
— Господи! Кто тебе рассказал про духов кошачьих предков?
— Дед.
Дед у нас материалист коммунистических взглядов и никак не мог рассказать девочке про духов кошачьих предков, но если спросить Варю, кто рассказал ей что-нибудь сомнительное или научил какой-нибудь шалости, Варя всегда валит все на деда, потому что знает, что деда никто не станет наказывать.
Прогулка в лес в тот день сопровождалась разговорами про почившего кота Ангела и про Тему, как же без Темы. Не помню уж, что я врал, отвечая на шквал вопросов о Темином младенчестве и о младенчестве Ангела, однако смерть кота парадоксальным образом заставила Варю заглянуть не в ту бездну небытия после жизни, в которую отправился кот, а в ту бездну небытия, которая предшествует рождению.
— А когда Тема был маленький, я где тогда была?
— Тебя тогда еще не было.
— А когда Ангел нашелся маленьким котенком, я где тогда была?
— Тогда тебя тоже еще не было.
— Как это меня не было? Я была у мамы в животике?
— Нет, тогда тебя даже у мамы в животике не было.
— Как это не было? Где-то же я была. Может, на небе?
— Кто тебе рассказал про небо?
— Дед.
— Ну не знаю, может, и на небе.
— Как там на небе? - спросила девочка.
— Ну не знаю, наверное, там ангелы.
— Ангелы?! — Варя вытаращила глаза от удивления.
Уверен, что она представила себе облака и стада котов в облаках.
Журнал «Коммерсантъ Weekend» №153
от 20.08.2004, стр. 45