В конкурсе Берлинале показали еще несколько фильмов. Сегодня жюри — а это единственные зрители фестиваля, которые смотрят кино в зале, а не в компьютере,— объявит победителей. Из виртуального Берлина — Андрей Плахов.
Среди немногих достоинств фильма Селин Сьямма «Маленькая мама» — играющие главные роли девочки-близнецы
Фото: Lilies Films
Среди немногих достоинств фильма Селин Сьямма «Маленькая мама» — играющие главные роли девочки-близнецы
Фото: Lilies Films
«Маленькую маму» анонсировали как одно из самых ожидаемых событий фестиваля. Предыдущий фильм француженки Селин Сьямма «Портрет девушки в огне» объявили манифестом кинофеминизма, и все готовились к продолжению. Однако Сьямма сняла камерную вещь, не претендующую на большое высказывание. Восьмилетней девочке не хватает любви и внимания от мамы, а та хочет вернуться в свое детство, они встречаются и сближаются в некой полусказочной реальности, где прошлое существует рядом с настоящим. К плюсам картины можно отнести играющих главные роли девочек-близнецов, а также щадящий хронометраж — всего 72 минуты. Остальные достоинства фильма скромны, как и следовало ожидать от Селин Сьямма, чья известность в большей степени связана с феминистским активизмом, чем с творческими прорывами.
Вдвое больше длится другой конкурсный фильм — «Что мы видим, когда смотрим на небо?» Александра Коберидзе. Он представляет новое поколение грузинской режиссуры, получил образование в Германской академии кино и телевидения, которая и стала продюсером картины. Целиком снятая в Кутаиси, она создает довольно эффектный образ этого города. На его фоне разворачивается любовная история парня и девушки, которые случайно встретились на улице, а потом злые силы превратили их в других людей, и они перестали друг друга узнавать. Пока не вмешалась опять-таки волшебная, только добрая сила — кино.
В поздние советские времена кино в Грузии было чуть ли не национальной идеей. Второй такой идеей был футбол, и обе они присутствуют в фильме Коберидзе, подпитывают городскую мифологию. Сам главный герой в первой жизни был футболистом, а в дни мировых чемпионатов весь Кутаиси, включая даже уличных собак, превращается в огромный клуб болельщиков. Все это, в красках представленное на экране, выглядело бы весьма мило, если бы в режиссуре было больше легкости, юмора и меньше поэтического пафоса, а фильм вместе с его главными героями не тонул бы в потоках музыки и бесконечных кадров с резвящимися детьми и фланирующими по городу девушками. Некогда в Грузии возник жанр лирической миниатюры, породивший такие шедевры, как «Зонтик» и «Свадьба» Михаила Кобахидзе. Миниатюра, растянутая на два с половиной часа,— это уже открытие наших дней.
Из нескольких миниатюр собран фильм венгра Бенса Флегауфа «Лес — я вижу тебя повсюду». Дочь обвиняет отца, обрекшего жену на гибель в автокатастрофе. Умирающий пожилой наркоман видит, как развивается роман его жены с его сыном от первого брака. Бездетная пара держит в шкафу куклу — символ отсутствующего ребенка — и ссорится из-за нее. Мать — ревностная католичка — с ужасом обнаруживает, что ее сынок, изучивший не только Библию, но и «Гарри Поттера», растет атеистом. В этих психологических скетчах с прекрасными актерами слышится эхо Бергмана и Кассаветиса, да и сам Флегауф не последний режиссер. Но время таких психологических штудий и соответствующей стилистики, похоже, ушло, место им осталось только в реликтовом венгерском кино.
Говоря о конкурсной программе в целом, трудно отделаться от впечатления чрезмерной академичности, а иногда и мертвечины. Тем более живым выглядит украинский фильм «Стоп-Земля», показанный, правда, не в главном конкурсе, а в другом — под названием Generation 14+. Формально все правильно: картина рассказывает о подростках школьного возраста. Но в ней есть гораздо большее — ощущение потока жизни, причем подлинного, а не умозрительно сконструированного. И история любви здесь естественно вливается в этот поток юношеских эмоций, комплексов и фобий. Режиссер Катерина Горностай — выпускница школы документального кино Марины Разбежкиной, и документальная основа определяет лицо этого игрового фильма. Приятно сознавать, что Россия хотя бы таким образом может помочь развитию украинского кино. И становится завидно, когда с экрана из уст очень симпатичных, совсем не дебильных подростков звучит запрещенный у нас мат как законная составляющая молодежного лексикона.