«Я детей не рожаю, поэтому тут прибытка не предвижу»

Во время оглашения послания Федеральному собранию президент Владимир Путин заявил, что одна из важнейших задач правительства — создание условий для роста реальных доходов россиян. “Ъ” решил спросить у ньюсмейкеров, ожидают ли они увеличения доходов в новом году.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Денис Сологуб, президент компании «Азбука вкуса»:

— Должны вырасти. У нас в компании давно существует политика: если есть рост, то компания честно делится доходами с сотрудниками. Поэтому если в 2020 году доходы компании будут расти, то рост доходов будет и у меня. Главное, не забывать про рост своих расходов.

Лев Пономарев, руководитель ликвидированной Минюстом правозащитной организации «За права человека»:

— Я детей не рожаю, поэтому тут прибытка не предвижу. Как у пенсионера, может, на пару сотен рублей в месяц и прибавится, ждать других прибавок оснований нет. Президент передвигает каких-то людей, как в компьютерной игре, а ситуация только ухудшается, обещания прежних лет — удвоить ВВП, увеличить зарплаты и прочие — не выполнены, диалог с обществом сокращается. А значит, и дальше будут продолжаться негативные процессы: уменьшатся инвестиции, одаренные творческие люди и ученые будут уезжать из страны и так далее.

Илья Авербух, заслуженный мастер спорта России:

— Хотелось бы, чтобы они не упали. Но думаю, что те изменения, которые нас реально ждут, и в правительстве в том числе, дадут определенное свежее дыхание и Михаил Мишустин будет продолжать вести себя как профессионал с большой буквы, ведь те сферы, которыми он руководил, действительно начинали работать более эффективно.

Валерий Гартунг, первый зампред комитета Госдумы по экономполитике:

— Я госслужащий, и мои доходы вырастут, если будет принято решение наверху. Но, судя по тому, что сказал президент, основной упор в 2020 году будет сделан на повышение доходов малоимущих, семей, где рождаются дети. Надеюсь, что теперь мы увидим конкретные меры со стороны нового правительства — и не только в отношении этих групп, но и людей пенсионного и предпенсионного возраста, работающих граждан, получающих зарплату на уровне прожиточного минимума.

Артемий Троицкий, музыкальный критик:

— Я человек не алчный, зарабатываю только столько, сколько мне нужно. Мои доходы полностью зависят только от меня, я фрилансер. Если бы я захотел заработать очень много и существенно повысить уровень доходов, то стал бы больше вкалывать. Но я ленивый, сибаритствующий, живу в свое удовольствие, поэтому мои доходы останутся на том же уровне. Я живу в спокойном режиме в Таллине, а не в России, потому что в России у меня нет уверенности, что я смогу делать то, что мне нужно. Россия не дает такой возможности, как не дает возможности повышать свои доходы. Особенно если человек честный и готов говорить нелицеприятные вещи о современном российском государстве. Повышение доходов во многом зависит от самих граждан, а если они будут полностью полагаться на государство, то их доходы не то что не вырастут, а, скорее всего, упадут, поскольку государство у нас бездарное.

Константин Симонов, гендиректор компании «Фонд национальной энергетической безопасности»:

— Мои, скорее всего, нет, я буду бороться за сохранение нынешнего уровня. Последние решения власти предполагают, что доходы должны расти у самых бедных и незащищенных людей. Поэтому государство будет брать больше денег у людей со средним доходом и выше. Это вполне понятная перераспределительная схема, которая начала реализовываться еще в 2019 году, например повышение НДС. Путин заявил, что начинает политическую реформу, а малоимущие слои логично рассматриваются как основа его электората, и они получат бонусы. Деньги на ближайшую пару лет есть. А вот что будет дальше, когда бизнес отожмут налогами, неясно. С 2022-го — туман. Думаю, что это одна из причин, почему Путин решил так рано все начать. Не исключаю, что 2024 год наступит раньше.

Юрий Энтин, поэт-песенник:

— Вообще-то гороскоп сулит мне чудо — весомую прибавку в доходе. Мой основной доход — гонорары, и пока на жизнь хватает потиражных отчислений и того, что присылают с телевидения. Потребности у меня небольшие, есть дача, десятилетняя машина, которой я сам управляю, мне же всего 85 лет! Одна надежда на гороскоп. Потому что сейчас в стране вообще ничего не делается для детской песни, ее только убивают. Нет ни одной передачи, куда бы можно было предложить новые песни. В России ни одно из издательств, в которые я обращался, не печатает новых стихов.

Екатерина Шергова, директор фонда «Подари жизнь»:

— Увы, фонд работает на пределе своих фандрайзинговых возможностей и человеческих ресурсов, и оптимизма по поводу того, что пожертвования будут расти, нет. Работать все сложнее. В прошлом году мы закрыли две программы помощи, несмотря на то что находимся в постоянном поиске новых источников финансирования. И если все останется на нынешнем уровне, уже будет достижение. К сожалению, с каждым годом увеличивается только ответственность фонда — лекарства дорожают, а государство все меньше выполняет свои обязательства по обеспечению клиник, и нам приходится закупать не только инновационные, редкие препараты, но даже базовые лекарства.

Василий Уткин, телекомментатор:

— Я не могу этого сказать потому, что мои доходы сегодня — это доходы свободного журналиста на YouTube и в других социальных сетях. Поэтому я зависим от рекламного рынка, а рекламный рынок зависит от возможностей людей что-либо покупать. Я надеюсь, что заработки не упадут, в основном я говорю о футболе, а в этом году большие футбольные соревнования, в них участвует и сборная России.

Сергей Полонский, предприниматель:

— Воздержусь от ответа ввиду неопределенности.

Группа «Прямая речь»