космос
Вчера утром спускаемый аппарат космического корабля "Союз ТМА-1" с российско-американским экипажем шестой основной экспедиции возвратился на Землю с Международной космической станции (МКС). Аппарат не долетел до района посадки, где его ждали поисковики-спасатели и врачи, и с ним была потеряна связь. Лишь через два с половиной часа поисков удалось обнаружить приземлившийся в казахской степи аппарат. За тем, как искали экипаж, на центральном командном пункте Федерального управления авиационно-космического поиска и спасания (ФПСУ) наблюдал корреспондент Ъ ИВАН САФРОНОВ.
Проведение операции по поиску вернувшегося с орбиты экипажа и эвакуации его на аэродром для отправки самолетом в Звездный городок — для специалистов ФПСУ занятие рутинное. Но вчерашняя встреча была необычной. Экипаж, возглавляемый Николаем Будариным, возвращался с орбиты на новом корабле "Союз ТМА-1", при этом впервые на Землю на российском аппарате спускались американцы Кеннет Бауэрсокс и Дональд Петтит. До этого астронавты, хотя и летали на "Союзах" на орбиту, возвращались всегда на шаттлах. Однако после катастрофы Columbia 1 февраля флотилия шаттлов была поставлена на прикол до выяснения причин аварии.
За двое суток до посадки командование ФПСУ завершило передислокацию задействованных в операции сил с российских аэродромов Троицк, Упрун и Чебеньки на казахские в Аркалыке и Астане. Для оперативного руководства в столице Казахстана был развернут выносной пункт управления. А с центрального КП в Москве специалисты должны были координировать действия групп поисковиков в казахской степи.
Вчера за два часа до посадки "Союза ТМА-1", намеченной на 6.00 по московскому времени, КП был полностью готов к работе, поддерживая связь с Центром управления полетами (ЦУП) в Королеве, а также с Аркалыком и Астаной. В это время корабль уже больше часа находился в автономном полете, он отстыковался от МКС в 2.43.
За час до приземления "Союза ТМА-1" небо над предполагаемым районом посадки (в 88 км севернее Аркалыка) уже утюжили три самолета Ан-12 и два Ан-26: они должны были обнаружить спускаемый аппарат корабля в момент раскрытия его парашютной системы на высоте 10,7 км, наблюдать его спуск (он длится 15 минут) и обеспечивать переговоры экипажа с КП и выносным пунктом управления. Однако экипаж на связь не вышел и в 6.00 на месте посадки не приземлился. Обстановка на КП накалилась до предела. Поступившие из ЦУПа данные телеметрической информации свидетельствовали о том, что корабль пошел на посадку в неуправляемом режиме и летел по баллистической траектории. А значит, он не дотянул нескольких сотен километров до запланированного места посадки. По команде с КП экипажи самолетов, а также десяти присоединившихся к ним вертолетов Ми-8 расширили район поисков.
В 8.21 летчики Ан-12 в 460 км от запланированного места посадки обнаружили лежащий на боку спускаемый аппарат, а рядом с ним — космонавтов. И это несмотря на то, что при спуске экипаж испытывал восьмикратные перегрузки — если бы спуск был управляемым, то они были бы в два раза меньше, а спуск на шаттле вообще происходит как в обычном пассажирском самолете: человек испытывает менее чем двукратные перегрузки. Через два часа прилетевшие к месту посадки поисковики и врачи на двух Ми-8 эвакуировали экипаж в Астану.
При этом Дональду Петтиту (это был его первый космический полет) потребовалась помощь врачей: он не мог самостоятельно передвигаться, его мутило. Кеннет Бауэрсокс (он летал в космос в пятый раз) и Николай Бударин (он трижды бывал на орбите) чувствовали себя нормально. После медобследования экипажа в Астане космонавты на самолете Ту-154 были отправлены в подмосковный Чкаловский.
Президент РКК "Энергия" Юрий Семенов после встречи космонавтов на Чкаловском аэродроме заявил, что причиной неуправляемого спуска корабля было вмешательство экипажа в действия автоматики, после чего, по его словам, "вычислительная машина корабля просто одурела". Впрочем, глава NASA Шон О`Киф, специально прилетевший из США на посадку "Союза ТМА-1", был преисполнен благодарности за то, что экипаж благополучно вернулся домой: "Сегодняшняя посадка еще раз подтвердила, что космонавтика — сложное, рискованное дело, где никто не застрахован от случайностей".