«Мы разработали канал коммуникации между аксессуарами»

Основатель и президент знаменитой итальянской компании по производству кожаных бизнес-аксессуаров Piquadro Марко Палмьери рассказал "Деньгам", как чемоданы сочетаются с высокими технологиями.

— У меня появилась возможность продать бизнес как раз во время первого "пузыря доткомов", помните такое? В 1995-2000 годах акции интернет-компаний росли, пока пузырь не лопнул. Многие компании, которые инвестировали большие деньги в интернет, тогда пошли в банки. Я занимался высокими технологиями, получил неплохое предложение, мы решили продавать этот бизнес — и не прогадали. В то время один мой большой друг занимался кожевенным делом, работал с крупными брендами и предложил мне основать свою марку. Так и родился Piquadro. Это была наша мечта, воплощенная в жизнь,— создавать идеальные аксессуары для бизнесменов. Конечно, в те годы очень многое менялось в мире деловых людей, прежде всего из-за наступления цифровой эпохи. И эти перемены повлияли даже на сам облик аксессуаров — до этого люди работали в офисе, а теперь они в буквальном смысле слова работают на улице, в барах, кафе, повсюду. И постоянного рабочего места у них нет. Посмотрите вокруг, интернет соединяет людей, больше не надо сидеть привязанным к одному месту. Раньше приходилось постоянно находиться в офисе, у людей там был ксерокс — один из самых важных IT-девайсов! И факс, помните такой аппарат? Это был мощный инструмент коммуникации, первый в своем роде. Вот это были инструменты ведения бизнеса, но использовать их можно было, только постоянно находясь на одном месте. Интернет же позволяет делать все что угодно и где угодно: писать письма, принимать звонки. До этого людям не нужны были портфели или сумки — у них в офисе все было. А теперь они постоянно перемещаются, и их рюкзак или портфель — это и есть их офис. Мы из IT-сферы, каждый день пользуемся интернетом и понимаем его могущество.

— Это будет IoT, или "интернет вещей", когда технологии взаимодействуют с предметами. Вот, например, обувь или одежда — это просто вещи, но они могут передавать сообщения. Возьмем обычный холодильник, который сможет общаться с вами. Говорить, что в нем лежит, что можно приготовить на ужин,— вот вы в офисе, включаете телефон, а ваш холодильник говорит, что осталась ветчина, или предупреждает, что у продуктов истекает срок годности. Это пример интернета будущего, интернета вещей. С аксессуарами то же самое. Мы разработали канал коммуникации между аксессуарами, не только сумками, но и, например, кошельками, и их владельцами. Открытие, которое мы сделали и внедрили: встроенные в ручку чемодана весы. Вы в аэропорту или собираетесь в поездку и не знаете, сколько весит ваш чемодан, а в ручке есть весы, вы ее выдвигаете, и система отправляет вам на айфон информацию. Сами весы вы не видите. Система еще и скажет, проходит ли багаж по параметрам авиакомпании, которой вы летите. Вот такое общение между человеком, предметом и интернетом. Мы также ввели функцию геолокации. Вы прилетели в Нью-Йорк, а багажа нет. Включаете телефон и смотрите, где чемоданы — они на месте и надо пару часов подождать или улетели в Токио, так что придется идти на шопинг. Это и есть будущее интернета — то, что окружающие нас предметы могут вступать с нами в коммуникацию. Следующей нашей разработкой будет умение рюкзаков и портфелей измерять уровень загрязнения окружающей среды. Мы работаем над этим.

— Например, у вас много аксессуаров Piquadro. И все они собирают информацию об уровне загрязнения и хранят ее в "облаке". С утра можно проанализировать данные и выбрать самый экобезопасный путь до работы. А следующим шагом станет интернет объекта, где объекты будут собирать информацию, отправлять ее в единый центр, а потом она будет доступной для всех в "облаке". И все будет взаимосвязано.

— Интернет вещей как раз для молодого поколения, миллениалов. Для них естественно пользоваться всеми функциями смартфонов. Однако мне кажется, что многие молодые люди стали сегодня чаще обращать внимание на наследие. Они хотят больше знать о марке, чтобы понимать, почему стоит покупать ее продукцию. До этого была важна лишь роскошь, а сейчас люди задают вопросы. Экологично ли производство? Этично ли оно? Где и кем производятся вещи? Для нас это хорошая возможность: люди видят компанию с историей, с этическими стандартами производства, вся информация о марке открыта. И миллениалы куда умнее нас, они хотят иметь вещи, сделанные специально для них, персонально, им не нужно то, что есть у всех. Так что компаниям нужно быть гибче — делать больше коллекцией, больше сегментировать и кастомизировать. И это непросто — тонко чувствовать подобные моменты, быть гибким и при этом еще и придумывать новое.

— Бренд Piquadro был основан как промышленная компания, изначально мы производили продукцию для других брендов. Однако сумели нарастить свои собственные производственные мощности, что для нашей сферы редкость. Обычно своего производства у брендов нет. У них есть дизайн, маркетинг. Я думаю, что у 90% известных брендов нет собственного производства, они используют силу на "аутсорсе". На нашей фабрике работает много рабочих, а также тех, кто занят в сфере исследований и разработок,— инженеров, которые разрабатывают дизайн, модели. Они занимаются всем, от дизайна до прототипа, в команде, наверное, 700 человек. Мне кажется, еще 820 человек заняты в исследованиях и разработках, много людей.

Как по-английски будет "телесные наказания"? Вот это хорошо работает. Шучу, конечно.

— Для меня лучший способ управления — делиться целями бренда. Если все хорошо понимают, в каком направлении хочет двигаться компания, каждый шаг на ее пути, это лучший способ мотивировать людей. Открытость и прозрачность очень важна. Нужно показывать, что работа людей важна для компании, потому что им иногда нелегко понять, как их ежедневная деятельность влияет на компанию в целом. Важно правильно распространить эту информацию, тогда даже люди, которые убираются на заводе, будут понимать свою ценность, как они влияют на общий результат. И будут более мотивированными. Важно создать модель, где все прозрачно, где все знают об ожиданиях компании. А второй шаг — это вознаграждение. Премии очень важны. Например, в финансовой индустрии это лучше всего работает, система премий за результат.

— У нас в Piquadro есть программа финансирования стартапов Mystartup Funding Program, но мы не просто поддерживаем проекты. Честно скажу, скорее они нас поддерживают. Мы задумывали эту программу как инновационную, принципиально другой подход к исследованиям и разработкам. Иногда сложно развиваться внутри компании, предлагать нестандартные идеи, особенно когда много лет проработал на одном месте, сложно заниматься высокими технологиями, креативить. И мы помогаем, финансируем смелые идеи, которые непосредственно имеют отношение к нашему бизнесу. Раз в год мы объявляем, что ищем стартап с идеями в области аксессуаров для путешествий. А победителю обещаем приз €100 тыс. и помощь с прототипами, контактами, чтобы ее воплотить. Это дает хорошую картину для анализа — в прошлом году, когда мы запустили программу, мы получили примерно 100 заявок, некоторые даже из России. Победила команда из университета Пизы. Эта программа обеспечивает нас постоянным потоком идей. Наша цель — помочь преобразовать большую идею в большой бизнес.

— Это мой холдинг. Инвестиционная компания, которая вкладывает деньги в традиционный бизнес и даже стартапы. Вот один английский стартап, пока не очень известный, но очень быстро растущий, SilkFred, модная онлайн-платформа,— мы поддержали их три года назад, а сейчас их оборот больше £30 млн, а начинали они с краудфандинга. Их основательницам всего 28 лет.

— Европа. Россия также очень важна, у нас много русских клиентов.

— Все зависит от множества факторов и постоянно меняется, особенно с непредсказуемым курсом рубля. Мы сейчас планируем открыть новые бутики: один в Петербурге и два в Москве. А потом — развивать интернет-магазин в России, он у нас есть, но мы хотим запустить доставку и полноценный клиентский сервис. Мы очень много инвестируем в коммуникацию и планируем развивать наш сайт и диджитал-ресурсы.