Творчеству популярной в веймарской Германии русской танцовщицы и арт-модели Татьяны Барбаковой (1899-1944) посвящена новая выставка в Бонне "Танцовщица и муза". Из Германии специально для Ъ — корреспондент "Домового" АЛЕКСЕЙ Ъ-МОКРОУСОВ.
Татьяна Барбакова практически неизвестна в России. Родившись в Латвии в семье русского еврея Эдельберга, она получила имя Силли. Мать ее была китаянкой, и это не только придало чертам ее лица что-то восточное, но и определило впоследствии направление ее художественных интересов. Силли с десяти лет танцевала китайские танцы, а вскоре после революции уехала в Германию, где вышла замуж за немецкого офицера Георга Вальдмана, который выступал в кабаре под псевдонимом Марселя Буасье. Силли тоже взяла себе псевдоним — Татьяна Барбакова — и стала выступать на эстраде с танцевальными номерами на музыку Чайковского и Моцарта, Генделя и Альбениса, Мусоргского и Бартока. Ее номера, такие, как "Борьба религий", "Монгольский знаменосец" или исполнявшаяся без музыкального сопровождения пародия на дадаизм, кубизм и экспрессионизм, пользовались бешеным успехом.Барбакову приглашали на самые известные сцены Германии: от кельнского кабаре Simplizissimus до Corso Cabaret в Дюссельдорфе. Цюрих сменялся Берлином, Локарно — Констанцем. Ею восхищались многие художники, начиная с Отто Дикса. И, естественно, выразили это восхищение в портретах танцовщицы. Так появилась уникальная в своем роде галерея, созданная более чем дюжиной авторов, принадлежавших к разным художественным кругам Германии и Швейцарии, работавших практически во всех стилях и направлениях — от экспрессионизма до "новой вещественности". Эта воображаемая галерея включает в себя не только полотна, но и бронзовые скульптуры. Многие из работ погибли в годы войны и известны сегодня лишь по репродукциям.
В 1933 году Татьяна Барбакова бежала в Париж, где сблизилась с художником Гертом Вольхаймом, с которым была уже до этого знакома в течение десяти лет. Она позировала фотографу Вилли Майвальду, создавшему более 60 ее фотопортретов. Среди других известных фотомастеров, запечатлевших Барбакову,— Ива. Танцы, которые исполняла русская китаянка, в глазах богемы выглядели продолжением революционных экспериментов начала века, дионисийских буйств, раскрепощавших и тело, и душу. В числе ее предшественников: члены коммун в Швейцарских Альпах — танцующие нудисты, или натуристы, как их тогда называли, со всего мира — и харизматическая Айседора Дункан, самая знаменитая фигура в этом движении. Не случайно Татьяна Барбакова была так почитаема в Асконе, одном из центров этого эзотерического движения.
Несмотря на экзотичную внешность, в посвященной танцу литературе тех лет имя Барбаковой и ее фотографии печатались обычно в разделе "Россия и русская Европа". Слава ее была так велика, что ее изображения помещали даже на сигаретных коробках, которые в 1930-е выпускали коллекционными сериями с портретами самых известных танцовщиков той поры. Но все это не спасло танцовщицу. Сперва Барбакову интернировали французы, но Вольхайму удалось выкупить ее из плена. Она уехала в Ниццу, в зону итальянской оккупации, вроде бы более мягкую в отношении евреев. Но и там ее настигло гестапо. Дата ареста неизвестна, но 3 февраля 1944 года Татьяну Барбакову вместе с 985 арестованными отправили в Аушвиц, где она погибла в газовой камере. Три костюма, несколько сигаретных коробок и десятки фотографий, картин и рисунков — все, что осталось от ее фантастической жизни.