"Переговоры с похитителями — это хождение по лезвию ножа"

За неполные пять лет отделения миссии открылись в Чечне, Ингушетии, Ростове-на-Дону, Астрахани, Ставрополе и в Карачаево-Черкесии. Миротворческой миссии удалось освободить уже 183 заложника — в основном военнослужащих, участвовавших в первой и второй чеченских кампаниях. О том, как удается добиться освобождения заложников, представители миссии предпочитают не распространяться, но утверждают, что денег боевикам не платят. "Выкуп пленных и заложников — это необходимость участвовать в самой грязной коммерции,— торговле людьми",— заявляет один из руководителей миссии Александр Мукомолов. По его словам, сотрудники миссии рассчитывают только на свое красноречие и на связи среди чеченцев. "Были ситуации, когда за солдат-десантников боевики требовали патроны, мины, взрывчатку,— рассказывал в одном интервью господин Мукомолов.— Понятно, что мы не можем пойти на это... Мы ведем только переговоры. Бывает, что та сторона обращается ко мне напрямую по телефону. Говорят, кого удерживают, что бы хотели взамен. Мы посылаем в таких случаях своего человека в район. Он встречается с посредником, налаживается контакт... Мы связываемся с силовыми органами, делимся информацией и прорабатываем варианты разрешения ситуации. Мы действуем на похитителей через родственников, авторитетов, религиозных деятелей. Это жесткие переговоры. Бандиты поднимают денежную планку, и нужно доказать им, что это нереально. Переговоры надо вести таким образом, чтобы у отморозков, у которых нет ни принципов, ни совести, не возникло желания убить заложника как ненужного свидетеля. Это хождение по лезвию ножа".