Константин Косачев, зампред комитета Госдумы по международным делам:
— Путин и Россия сейчас уходят от "подставы" мирового сообщества, так как на международной арене наконец-то распределены роли, и Россия заняла одну не из самых последних. Собственно, потому мировое сообщество и попросило Россию на алма-атинском саммите быть главным переговорщиком. И у нас появились реальные шансы выступить в роли миротворцев, ведь в Алма-Ате стоит задача усадить Индию и Пакистан за стол переговоров, а они и сами этого уже давно хотят. Так что для нас ситуация абсолютно не тупиковая, и, как только мы справимся с этой сложной задачей, все мировое сообщество подключится к этим переговорам.Иван Рыбкин, бывший секретарь Совета безопасности России:
— У Путина действительно странная роль. Этими переговорами должна заниматься ООН, а не президент России, и я очень удивлен, что Путин согласился ковыряться в этой гнойной яме, где успех малоожидаем. Проблема Индии и Пакистана решается долгие годы, и наскоком тут дела не решить. Поэтому не только Россия, но и весь мир должен заняться решением проблемы противостояния двух ядерных стран. От этого зависит судьба нашего мира.Николай Максюта, губернатор Волгоградской области:
— Наш президент умнее и Буша, и Совета Европы. Он подставы не примет и плясать под их дудку не будет. Он знает, что только Россия может переломить ситуацию в конфликте Индии и Пакистана, поэтому отстаивает на этих переговорах наш главный интерес в сегодняшней миротворческой деятельности.Юлий Воронцов, президент Российско-американского совета делового сотрудничества, в 1978-1983 годах посол СССР в Индии:
— Путин — единственный, кто может удержать ситуацию в руках и не дать подраться Индии и Пакистану. Дело в том, что Индия только с Россией хочет иметь дело. Нынешний премьер Индии Атал Бихари Ваджпаи еще в мою бытность послом в Индии очень лестно отзывался о России, и я не думаю, что с тех пор он кардинально поменял свое мнение. Пакистан тоже выбирает переговорщиков, но для него главное — не допустить военного конфликта с Индией. Эти страны оказались в той ситуации, когда уже не могут в этом конфликте идти дальше, и хотят, чтобы кто-то третий отговорил их от этого. Поэтому эти переговоры провальными не могут быть, и упрекать Путина в том, что он согласился на них, я бы не стал.