Двигатель регресса

До некоторых пор анимация, незаконнорожденная дочь не пойми кого — то ли кинематографа, то ли комикса, то ли кукольного театра, то ли ярмарочного балагана,— разделяла в искусстве судьбу фотографии. То есть искусством ее не считали, в музеях не выставляли, в академические истории не включали, в светлый мир прекрасного и возвышенного не пускали. Так бы и сидеть ей в углу темной детской, кабы не современное искусство, гостеприимно открывающее двери для всего, что выбивается из ученых классификаций, будь то покинувший сцену театр или сбежавшая с книжной страницы литература. Выставка "Watch Me Move" как раз о том, что место анимации не только в параллельных программах артхаусных фестивалей, но и на выставке в музее. И что, как часть современного искусства, она готова отвечать на вечные животрепещущие вопросы "кто виноват?", "что делать?" и "кто подставил кролика Роджера?".

Автором шоу, представляющего анимацию во всем ее техническом разнообразии (рисованную, кукольную, пластилиновую, песочную, силуэтную, пиксельную, ротоскопирование, stop-motion, театр теней, хронофотографию, анимированные комиксы), со всей ее технологической кухней (вплоть до раскадровок и допотопных проекторов) и во всех формах репрезентации (от банальных кинопроекций до интерактивных конструкторов анимированной реальности) стал Грег Хилти, по совместительству — директор Lisson Gallery, одной из самых влиятельных в мире современного искусства. Мира, где давно трудятся художники-аниматоры par excellence вроде Уильяма Кентриджа или Натали Юрберг и художники-аниматоры от случая к случаю вроде Франсиса Алюса, Цао Фэй, Джулиана Опи, Кары Уокер или Райана Трекартина (все они будут на выставке) и где все еще возникают скандалы, связанные с анимацией, как было, например, на прошлой Венецианской биеннале, когда художник австрийского павильона Матиас Поледна потратил весь свой бюджетный миллион — до последнего цента — на производство трехминутного диснеевского мультика, убедительно и иронично продемонстрировав разницу капиталовложений в арт- и киноиндустриях.

Собственно, фигура знатного галериста Грега Хилти должна возбудить в бдительном критике все старые подозрения насчет анимации в искусстве. Дескать, не пытается ли она, охотно принимающая новомедийный облик видеоинсталляции, реабилитировать консервативные академические практики, рисование (Кентридж) или лепку (Юрберг). Каковая реакционность формы в случае Кентриджа и Юрберг отчасти искупается прогрессивностью антиколониального и феминистского содержания, что, однако, не снимает главного левацкого обвинения: проникая в музейные залы, анимация расширяет аудиторию современного искусства, чтобы в конечном счете завоевать новые рынки, только и всего. Впрочем, среди звезд Lisson Gallery не так уж много аниматоров, кроме упомянутых Юрберг и Опи галерея работает с кукольником Ваэлем Шауки, так что речь не о прямой корысти. Да и не нам, имеющим большой опыт сотрудничества авангарда и мультипликации, разоблачать анимацию как рыночный товар.

Выставка "Watch Me Move", поделенная на расплывчато-тематические блоки — о фантомах, героях, сверхлюдях, легендах, эпизодах, формах и идеях,— хронологически охватывает огромный период, от пионеров поколения Уинзора Маккея до сегодняшних кумиров Хаяо Миядзаки, Иржи Барты или Тима Бертона, но не страдает историческим занудством и маниакальной систематичностью. Напротив, тут все смешано, массовая продукция студий Walt Disney, Fleischer, Hanna-Barbera, Warner Bros., Aardman, Tezuka, Shochiku, Ghibli и Pixar выставлена бок о бок с авангардными экспериментами Фернана Леже или Харуна Фароки. Доля русских продуктов в этом всемирном винегрете будет совсем невелика: наше участие ограничится "Сказкой сказок" Юрия Норштейна, Дон Кихота экранных медиа, силой своего всепобеждающего перфекционизма возвращающего ауру искусству технической воспроизводимости.

Тут, конечно, проще простого обидеться и начать предъявлять претензии: в пионеры анимации неплохо было бы принять первого мультипликатора-кукольника Владислава Старевича, изобретатель игольчатого экрана Александр Алексеев замечательно смотрелся бы в компании экспрессионистки Лотты Райнигер и так далее. Видимо, чтобы не разочаровывать отечественную публику, на ВДНХ готовят выставку "НЕреальные герои. Художники и персонажи "Союзмультфильма"", которая откроется 2 декабря в дополнение к импортному блокбастеру. Но она навряд ли расскажет о том, как в эпоху развитого застоя мультипликация, самое массовое из искусств, стала прибежищем отщепенцев-инакомыслящих, когда под прикрытием Андрея Хржановского работали метафизики Юло Соостер и Юрий Соболев, а в фильмах Рейна Раамата давал волю своей сюрреалистской фантазии Юри Аррак. Или о том, как из анимации братских социалистических стран инакомыслящие могли узнать, что модернизм отнюдь не кризис безобразия, что Жоан Миро оживает в "Суррогате" Душана Вукотича, а живопись информель — в фильмах Дьердя Коваснаи. Если оставить в покое Чебурашку с Топтыжкой и начать рассказывать такие истории, то когда-нибудь необходимость в русских примечаниях к английским блокбастерам отпадет сама собой.