Руководство пострадавшей от пожара библиотеки Института научной информации по общественным наукам обратилось за помощью к президенту. Как сообщил директор института Юрий Пивоваров, 2 февраля будет направлено соответствующее письмо. Копию отправят и в правительство. Президент Российской академии наук Владимир Фортов обсудил ситуацию с ведущей "Коммерсантъ FM" Оксаной Барыкиной.
Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ / купить фото
Пожар начался 30 января. Потушить его удалось через сутки. Площадь возгорания достигла 2 тыс. кв. м, часть кровли здания обрушилась. Погибло собрание Московского Роккановского центра, включавшее уникальные материалы, полученные из других стран. Сообщалось, что уничтожен и каталог библиотеки.
— Действительно ли была информация о том, что уничтожен каталог библиотеки, можете это подтвердить?
— Пока достоверных данных на этот счет у нас нет. Дело в том, что для того, чтобы реально оценить ущерб и, соответственно, обращаться куда-то за помощью, мы должны быть уверены в масштабе бедствия. Этот масштаб можно будет установить только тогда, когда специалисты войдут внутрь здания. Сегодня этого нельзя сделать — сегодня можно только оценивать со стороны ситуацию. Поэтому я считаю, что события будут развиваться таким образом, что где-то будут сделаны попытки уже пройти внутрь, и тогда уже будет ясно, какие действия и какой объем необходим нам.
— Тем не менее, уже есть какая-то информация, какие материалы уничтожены?
— Там такая история: загорелось здание, та часть здания точнее, верхние этажи, где были расположены офисы, где располагались материалы, относящиеся к ООН. Но это, опять-таки, взгляд со стороны. Я бы сейчас не говорил о письмах и обращениях, потому что мы должны точно понимать, какова обстановка.
— Расскажите нам, как давно проводились проверки противопожарной безопасности в этом здании?
— Я был на месте 31 января и разговаривал со специалистами МЧС, которые занимаются этим делом, проверка была относительно недавно. По мнению руководителей МЧС, которые принимали и принимают участие в тушении, пожарная сигнализация сработала вовремя в полном объеме, поэтому эта часть была нормально задействована, приехали пожарные машины спустя, по-моему, не то 10, не то 12 минут. Это очень быстро, это по регламенту.
Второе, что отметили специалисты, что внутренняя система гидрантов, водяных линий, по которым подается вода в таких ситуациях, тоже сработала в полном объеме без замечаний. Проверки, по-моему, проводились где-то не так давно, и те замечания, которые в значительной степени были устранены. Сейчас с документами будут работать следователи.
— На выходных проходила информация, что на территорию, на которой стоит здание библиотеки, якобы появились претенденты. Вы что-то про это знаете, слышали?
— Это постоянная головная боль Академии наук. Дело в том, что очень многие наши институты и подразделения находятся в очень хороших районах Москвы: вдоль Ленинского проспекта, параллельно Нахимовскому проспекту, и, конечно, мы беспокоимся о том, как бы эти здания, земля не ушли на сторону.
Президент принял решение продлить мораторий на год, это довольно здорово нас поддержало в этом смысле. Насчет земли и насчет претендентов — это, опять-таки, будут разбираться те, чья компетентность там распространяется.
— Тем не менее, вы что-то про это слышали, как-то слух до вас дошел?
— Я слышал много чего и не только про это, но мы говорим с большой аудиторией — мы должны быть очень качественны в оценках и высказываниях.
— Документы, которые сгорели — я понимаю, что сейчас еще непонятно, что именно и сколько, тем не менее — насколько весь архив был оцифрован?
— Часть архива была оцифрована, часть архива имеет аналоги за границей, и в материалах, в этом смысле существует некое дублирование. Повторяю: сегодня мы можем смотреть на проблему только со стороны, для того, чтобы ответить на ваш вопрос, нужно зайти внутрь, а это сегодня крайне опасно
— Еще по зданию непосредственно: по вашей оценке, можно будет его восстановить, что говорят эксперты?
— Точки зрения очень разные: кто-то говорит, что да, восстанавливать то, что было разрушено, нужно. В таких случаях делается так: специальная комиссия оценивает повреждения, и не только то, что обрушилось, а то, что находится на месте. Но есть опасения, что какие-то части перекрытий, стены могут дать трещину, и тогда объем ремонта или восстановления будет совсем другим.