Как украсть время

Разговоры о том, что предметы роскоши бесценны, воодушевляют не только покупателей, но и преступников. Часовые и ювелирные магазины в Европе вновь стали мишенью для дерзких ограблений. Маркам впору хвастаться друг перед другом неожиданной популярностью и утешаться тем, что нет худа без добра.

Июнь 2012 года. Крошечный швейцарский городок Ле-Локль в кантоне Невшатель, мануфактура Audemars Piguet, воскресенье, 6:40 утра. Угнанный за несколько часов до преступления черный BMW таранит стеклянные двери главного входа. Мужчины в масках врываются в холл, вычищают часовые витрины, машину бросают на месте.

Ноябрь 2013 года. Мануфактура Vacheron Constantin в швейцарской коммуне План-лез-Уат близ Женевы, где расположены фабрики и штаб-квартиры многих часовых марок. 5 часов утра, воскресенье. Группа молодых людей взламывает замки, разбивает в холле все стенды, выносит с десяток часов на сумму примерно 370 тыс. франков и скрывается на машине. Два часа спустя в Лионе по горячим следам французская полиция задержала четверых подозреваемых. Всем по 20 лет, все — французы, давно на учете полиции.

Днем ранее, в 120 км от Женевы, местечко Ля-Кот-о-Фе, мануфактура Piaget, 3 часа ночи. Новое ограбление. Подробностей нет, задержанных тоже. Анонимные источники сообщали как минимум о 200 часах, многие из них принадлежали клиентам.

В то, что профессия часовщика вдруг стала опасной, не верили и продавцы с Вандомской площади и улицы Сент-Оноре в "золотом треугольнике" Парижа. Декабрь 2013 года, время 15:10. В магазин Audemars Piguet на углу Сент-Оноре и Камбон заходит хорошо одетая молодая пара. Они поднимаются на первый этаж, разглядывают часы, обсуждают цены, потом мужчина показывает продавцу под полой пиджака рукоятку пистолета: "Ты не столько зарабатываешь, чтобы рисковать своей жизнью". В считаные секунды женщина собирает в сумку два десятка часов общей стоимостью €800 тыс., подхватывает под руку своего спутника, и они спокойно покидают магазин. Через два месяца их задержат в парижском пригороде, для обоих это преступление не первое.

Месяцем ранее, магазин Vacheron Constatin на Rue de la Paix, время — около полудня. Двое молодых людей в костюмах входят внутрь, укладывают персонал на пол, следом в магазин врываются еще с десяток мужчин с бейсбольными битами и топорами, крушат витрины, собирают часы и разбегаются в разные стороны по центру Парижа. Одна продавщица ранена, двое преступников тут же задержаны. Часов так и не нашли.

Следят преступники и за культурным календарем часовщиков. Blancpain вынуждены были закрыть в феврале 2012 года свою выставку в женевском зале Cite du Temps после попытки ограбления. Преступникам далеко уйти не удалось — все четверо были оперативно задержаны, часы вернулись на мануфактуру.

"Для вора нет разницы, грабить продуктовую лавку в центре Парижа или часовой бутик,— риск, что его арестуют, примерно одинаковый,— говорит Ян Марас, представитель полицейского профсоюза Alliance Police Nationale в Париже.— Только в первом случае цена вопроса — пара сотен евро, а во втором — пара сотен тысяч евро. И со сбытом товара проблем не будет. Если преступников мы спустя какое-то время задерживаем, то часы и драгоценности еще ни разу не удавалось найти. Они мгновенно расходятся по рукам".

У полиции есть своя статистика, у часовых марок — своя. С преступниками все понятно. За швейцарскими налетами в основном стоят французы, так называемые дети второй волны эмиграции (французский эвфемизм для семей из Северной Африки) — от Лиона до Женевы им рукой подать. Французские и швейцарские следователи знают, где искать. Четверых бандитов в этом году упекли в тюрьму. Четыре года им часов не носить.

В Париже среди часовых воров процветает политкорректность и мультикультурность. Среди новичков преобладают румыны и болгары. "За последние полгода русских в этих бандах не было",— говорят полицейские. В профессионалах лидерство по-прежнему удерживают выходцы из бывшей Югославии, опытные военные. Многие — члены нашумевшей группировки "Розовая пантера", многие годы и не без блеска специализирующейся на краже ювелирных изделий и часов.

А вот это как раз самый сложный вопрос. Среди воровской добычи есть часы, которые можно продать с рук. Это рядовая продукция, хотя цена этой рядовой продукции может достигать и €10 тыс. Главное, что такие часы существуют в количестве нескольких сотен или даже тысяч. Но даже и они легко идентифицируются, потому что снабжены порядковыми номерами, с которыми у преступников столько же возни, сколько с номерами на автомобилях или на оружии.

Тем более трудно представить ситуацию, при которой удастся незаметно продать специальное часовое издание, имеющее собственный, только ему присущий дизайн, набор усложнений и тираж несколько десятков экземпляров максимум. Любое появление этих часов на аукционах, главных часовых форумах и у известных антикваров может быть немедленно отслежено. Сравнить такую модель с базой украденных и поднять тревогу сможет даже новичок.

Между тем именно такие часы и представляют особенную приманку — их стоимость легко может доходить до миллиона, десятки же и сотни тысяч евро за них в порядке вещей. Но для того, чтобы продать такие часы, нужно иметь коллекционера, который их ждет. Не всякий коллекционер купит сложные часы, над которыми махали бейсбольной битой и с которыми бегали по улицам. Им может потребоваться ремонт, причем такой ремонт, который могут произвести только на родной мануфактуре. И более того, даже если эти часы вынесли из разгромленного бутика на бархатной подушке, им все равно через несколько лет потребуется ТО, и далеко не во всех технических центрах такое ТО смогут сделать. Часы и вправду ходят хоть сто лет, но для этого за ними нужно особым образом ухаживать. На уход без паспорта их не примут, тут строже, чем в Кремлевской больнице. Поэтому, несмотря на то, что ограбления часто выглядят спонтанными, исчезновение похищенных предметов наводит на мысль, что позади налетчиков стоят владельцы серьезных криминальных дистрибуторских сетей.

Менеджеры и владельцы часовых марок признают за грабителями не только наглость — второе счастье, но иногда и серьезные знания структуры антикварного рынка. В самом часовом из швейцарских кантонов, Женеве, исчез часовой музей, созданный в 1972 году, и, похоже, он уже никогда не откроется заново. Его обчистили за ночь 24 ноября 2002 года, снайперски выбрав именно те часы, которые имели наибольшую редкость и ценность. "Похоже, они читают не только музейные буклеты,— посетовал хранитель другого музея большой часовой марки,— они изучают специальную литературу, я даже подумал после того ограбления, а прав ли я был, похвалив эту коллекцию в своей статье".

"Мы сталкиваемся с новой ситуацией, с новым миром,— говорит глава Vacheron Constantin Хуан Карлос Торрес.— Реалии, с которыми мы давно встречаемся в опасных городах Латинской Америки, приходят в спокойные города Европы. Это следствие общего снижения безопасности жизни, часы здесь прежде всего оказываются под прицелом, и можно успокаивать себя разве что тем, что они выбирают лучших".

"К каждому часовому магазину мы не можем приставить полицейскую машину,— говорит Ян Марас.— в "золотом треугольнике" у Вандомской площади расположено около 200-300 бутиков класса люкс. Магазины сами усиливают меры безопасности. Но если люди мотивированы, хорошо вооружены и у них есть заказ, ни одна система охраны их не остановит".

Впору согласиться с господином Торресом, говорившим о слабом, но утешении. Когда из нескольких марок, выставлявшихся в Cite du Temps, лишь Blancpain подвергся неудачному ограблению, соседи были, конечно, довольны, что беда их обошла стороной, но в их благодарности судьбе звучала ревность. А в комментарии потерпевших: "Очевидно, есть люди, которые готовы пожертвовать жизнью, чтобы заполучить наши часы" — видна даже некоторая горькая гордость.