"Банкам предстоит стать менее динамичными, но более эффективными"

По мнению Ирины Велиевой, ведущего аналитика группы "Финансовые институты" Standard & Poor`s, 2013 год для банковского сектора был переходным во многих отношениях. Существенно изменилась регулятивная среда. Экономическая среда стала совсем другой. Основные силы ушли на то, чтобы эти изменения "переварить" и составить для себя планы на будущее с учетом нового операционного ландшафта.

Согласно нашему базовому сценарию, реальный ВВП в этом году вырастет на 2%, но по сравнению с другими аналитиками мы скорее находимся в группе оптимистов.

Негативные тенденции в макроэкономике влияют на банковский сектор, причем сразу по нескольким направлениям. Главное, конечно, это качество портфелей и прибыльность сектора. Здесь прямая связь — в неблагоприятных макроэкономических условиях качество заемщиков падает, а ожидания потенциальных потерь растут — следовательно, увеличиваются отчисления в резервы, это давит на итоговый финансовый результат. Мы уже видим, что, например, что у банков, специализирующихся на розничном кредитовании, новые отчисления в резервы (или так называемая стоимость риска) по МСФО в первой половине 2013 года выросли до 12-15% среднего кредитного портфеля. Это колоссальный рост, и он окажет существенное влияние на итоговый финансовый результат по году.

Впрочем, у банков, специализирующихся на рознице, есть еще много проблем. Регулятор, обеспокоенный опережающим ростом потребкредитования и накоплением рисков, ввел ряд мер, ограничивающих рост в этом сегменте, и, кажется, не планирует на этом останавливаться. Мы эти опасения разделяем.

По нашему опыту быстрая экспансия в ритейле рано или поздно заканчивается увеличением проблемной задолженности. При этом наши опасения связаны не только с банками, которые традиционно специализируются на розничных операциях. Нас также беспокоят и те, кто является новичками в этом сегменте, в частности решили развернуть активность лишь в последние два-три года. Не нужно забывать, что крупнейшие розничные игроки уже пережили, как минимум, один большой кризис, а вот те, у кого портфель достаточно новый, могут не обладать опытом и технологиями, необходимыми для контроля рисков. Когда мы встречаемся с банкирами, некоторые фразы повторяются как заклинания: "розница позволит нам увеличить маржу", "мы будем кредитовать только зарплатных клиентов" и так далее. Но зарплатников тоже нельзя считать абсолютно безрисковым сегментом, особенно в условиях замедления экономики.

При этом стоит упомянуть, что повышенный интерес банков к сегменту потребкредитования не является чем-то уникальным для России — эти сегменты опережающими темпами развиваются и в других странах нашего региона: в Казахстане, в Азербайджане. И везде эта проблема вызывает беспокойство. Среди трех наиболее популярных вопросов любого инвестора, помимо роста ритейла, я бы отметила изменения в банковском регулировании и надзоре.

Еще одно из следствий негативного макроэкономического тренда — сокращение спроса на кредитные ресурсы со стороны корпоративного сектора. Когда спроса нет, сужается конкурентное поле для банков, борьба за хороших заемщиков становится еще более острой, начинается отбивание клиентов друг у друга. Это может осуществляться по модели здоровой конкуренции — когда повышается качество услуг, банки начинают продумывать для себя, какие у этого клиента потребности, что ему нужно и как можно на этом эффективно заработать. А может и более быстрым способом — за счет демпинга, это на рынке тоже присутствует, но эта тактика является финансово небезопасной для самих банков. Но в любом случае стагнация корпоративного спроса оказывает дополнительное негативное влияние на прибыльность.

Если же говорить о планах, то здесь все очень по-разному. Некоторые банки вообще находятся в периоде "стратегической неопределенности", так и не сумев переосмыслить после кризиса (2008 года.— "Ъ") ни свою бизнес-модель, ни ключевые сегменты, ни отношения с клиентами. Другие планируют на год-два, редко у кого есть трех-пятилетние планы. В любом случае наличие подобных планов, особенно реально работающих, а не "нарисованных на бумаге", мы считаем очень позитивным моментом. Когда есть стратегическая цель, когда она разумна, понятна и разделяется менеджментом и операционным персоналом, это в итоге отражается и в финансовых показателях. При этом, кстати, очень немногие банки в свою модель закладывают замедление экономики и связанные с ним риски. Хотя роста по экспоненте, как это было до 2008 года, уже никто себе не рисует.

В ближнесрочной перспективе тема приватизации госбанков отошла на второй план, но в среднесрочной перспективе остается актуальной. Но, на наш взгляд, действия государства в отношении трех крупнейших "подопечных" — Сбера, ВТБ и Россельхозбанка — позволяют рассчитывать на сохранение госконтроля, как минимум, в течение ближайших нескольких лет. В отношении частных банков мы видим, как ни странно, активизацию процессов слияний и поглощений, причем на всех уровнях системы, как среди крупных, так и среди небольших игроков. Это тенденция, к которой стоит присмотреться: M&A влекут за собой большие операционные и интеграционные риски, особенно в неблагоприятной экономической среде. Наконец, еще один аспект, связанный с банковскими активами,— будущие банковские IPO. Как минимум, несколько крупных игроков планируют осуществить их на горизонте трех-пяти лет, если позволят рыночные условия.

Наверное, еще один барьер, который банкам предстоит преодолеть в 2014 году,— научиться развиваться интенсивно в противоположность экстенсивному росту, который банковская система демонстрировала на предыдущих исторических этапах. Банкам предстоит стать менее динамичными, но более эффективными.

Постепенное внедрение требований "Базеля-3" в мировом контексте приведет к фундаментальным изменениям, созданию совершенно новой регулятивной среды, во многом меняющей сам подход к ведению банковского бизнеса. Мы привыкли жить в мире, в котором банки агрессивны в принятии новых рисков, активно используют сложные структурированные продукты, получают высокие доходы. Но если базельские требования будут внедрены в полном объеме, мы увидим совсем другой банковский сектор — с более высоким запасом капитала, более умеренными показателями прибыльности, невысоким аппетитом к риску. Впрочем, до полного внедрения "Базеля" еще очень далеко и сейчас регуляторы делают только первые шаги на новом пути. Из ключевых элементов нового соглашения в России пока будут внедрены только требования к капиталу, но даже они повлияют на подходы банков к развитию бизнеса.

Согласно внедряемым требованиям, субординированный долг, выпущенный по старым правилам, будет амортизироваться и постепенно исключаться из расчета капитала. Соответственно, для того, чтобы поддержать рост, выбывающий регулятивный капитал нужно будет чем-то заместить — либо новыми вливаниями, либо естественным ростом собственных средств за счет нераспределенной прибыли. Это обострит как проблему поиска капитала, так и проблему прибыльности банковского сектора, поиска новых возможностей заработать.