Буду откровенна: все эти месяцы Женю больше интересовала его новая машина, чем беременность собственной жены. Машина всегда спокойна, она не ругается, не просит среди ночи соленых огурцов с мороженым, у нее нет токсикоза — и когда ей что-нибудь нужно, она молча зажигает лампочку. А вот жена ко всему еще странно пухнет, носит в животе какое-то существо, словно из фильма «Чужой», болтает без умолку, тяжело дышит, требует массажа спины и стрижки ногтей на ногах. С ума сойти.
Но после того как Женя с женой съездил на УЗИ, все поменялось. Он думал — обычный техосмотр, ничего особенного. Но доктор, водя по супружниному животу специальным приборчиком, ворковал: «Так, вот ручки, ножки… Пальчики. Сколько пальчиков, папа? Давайте посчитаем». Женя начал считать и заорал: «Раз… Два… Не вижу! Все расплывчато! У вас аппарат плохой!» Доктор улыбнулся: «Вы, папа, плачете». После этого Женя три дня не мог разговаривать. Твердил, как шизофреник, одну фразу: «Я видел пальчики. Там пальчики». Он вдруг осознал, что в животе сидит живой человек. И даже улыбается иногда. Это тебе не карбюратор бездушный.
Через неделю жена вообще его добила. Посетила магазин «Мать и дитя» («Иди сама, дорогая, я в машине тебя подожду») и купила там много детских вещичек. Женя очень нервничал, когда она копошилась в пакете, разглядывала какие-то ползунки, мешала ему следить за дорогой. А потом достала носки и помахала ими перед его носом. Евгений чуть в дерево не въехал. Остановился и стал смеяться. Носки были маленькие. Ужасно маленькие. Таких просто не бывает. Он держал это текстильное изделие в руках и смеялся полчаса, все никак не мог остановиться. Жена ела печенье и недоумевала: «То плачет, то смеется, как придурок. Совсем нервы ни к черту. Ну и у кого из нас гормоны скачут?»
Теперь беременной возлюбленной можно все: жевать печенье в салоне, расчесываться и хлопать дверью. Женя не возражает. Потому что он повесил на зеркало маленький розовый носочек. И поглядывает на него в трудные минуты. Говорит, что сразу отпускает.