Не поэт

— Он пишет стихи.
— Кто, Си-Си? Странно, совсем не похож на поэта. Скорее, на военного. Вон как ловко на нем костюм сидит — ни одна пылинка сесть не смеет.
(Из разговоров на инаугурации губернатора Сергея Собянина.)

В январе 2001 года о новом, только что избранном губернаторе жители так называемого юга Тюменской области знали не больше, чем знают о нем сейчас жители России. Тут сразу приходится объяснять: Тюменская область представляет собой «матрешку», в которую вставлены два автономных округа: Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский. Именно жители этих округов своими голосами привели Собянина в губернаторское кресло, но вот управлять ему предстояло — так хитромудро устроена местная политика — как раз югом Тюменской области. Юг — эта та часть, которая не округа, и вот этот самый юг в большинстве своем голосовал за его соперника, бывшего губернатора Рокецкого.

Драматично? Да нет, не очень. В общем-то южане ничего против нового губернатора не имели, они просто совсем не знали этого политика до выборов.

А из избирательных листовок разве много узнаешь? Родился, женился… Родился в 1958 году в поселке Няксимволь в семье охотника. Жена — Ирина Иосифовна, инженер-строитель. Две дочки — старшая учится в Питере, младшая — школьница. Еще агитаторы почему-то особенно напирали на деда, уральского казака и георгиевского кавалера (не исключено, что в пику анонимным авторам листовок, пытавшимся разыграть национальную карту и утверждавшим, будто Собянин по национальности манси).

Стандартная советская биография (рабочий — комсомольский работник — хозяйственник — партийный функционер), плавно перетекшая в достаточно завидную, но от этого не менее стандартную биографию постперестроечного образца (мэрство — замство — депутатство — сенаторство). Люди чуть более сведущие говорили о том, что, будучи главой администрации Когалыма, Собянин зарекомендовал себя руководителем жестким и даже жестоким: будто бы не ленился лично проследить, чтобы уволенного за какие-нибудь провинности во вверенном городе нигде больше не брали на работу. Впрочем, северные начальники, живущие в вечном страхе разморозить город из-за чьей-нибудь халатности, редко отличаются мягкостью манер, так что на ключик к характеру эти сведения никак не тянули.

И вот наконец появилось хоть что-то — стихи, прочитанные на инаугурации:

«Я родился на этой сибирской земле, где верхушками сосен распахано небо, где у стойбища трата-та-та-та-тата и чего-то пропитано запахом нефти и хлеба». Кто-то готовил колкости, кто-то — умильное лицо, но и тех и других ждало разочарование: стихи оказались не Собянина. Сочинил их всего-навсего сценарист, для того чтобы какой-нибудь представитель творческой интеллигенции прочитал их будто бы от имени губернатора. Нашелся и подходящий деятель искусств, однако, ознакомившись с текстом, читать его публично застеснялся. И зря. Через полгода северного посланца любили все или почти все южане. А стесняться этого светлого чувства было уже как-то не принято.

ЧЕЛОВЕК-КОМПЬЮТЕР