Художник пишет снежные дали и аллегории на белых моющихся обоях
Константин Батынков прожил перестройку в предгорьях парижского Монпарнаса, вернулся в августе 1991-го защищать демократию. Потом опять Франция (на этот раз южная) и еще раз Москва. Теперь он художник журнала «Эксперт» и один из самых выставляемых российских живописцев.
Константин Александрович родился в Севастополе, но главные свершения связаны с Москвой и Петербургом. Именно в Северной столице в 1985-м, уже являясь членом обыкновенного Союза художников, Батынков поступил в художественное общество «Митьки».
В рамках этого движения прошла и первая персональная выставка, причем в Москве — на втором этаже первого гуманитарного корпуса МГУ на Ленгорах, рядом с кафе. Потом Франция, после которой Батынков бросил писать на два года, ходил только с фотоаппаратом. В конце 1990-х вместе с закадычным другом Николаем Полисским стали лепить снеговиков и строить многоэтажные башни из дерева.
Сотни снеговиков устанавливались на холмах в Калужской губернии. Где только я не видел постеры с этой штукой — от киоска в Музее современного искусства в Риме до приемной главного редактора «Эха Москвы». Потом Батынков снова вернулся в живопись. Серия, которую мы сегодня вам представляем, совсем новая, называется «Аллегории» и выполнена по заказу Форума художественных инициатив Георгия Никича, который откроется на этой неделе.
Снег у Батынкова сладкий, желанный — сразу видно, что пишет его человек, родившийся на юге. Батынков говорит, что в этих пейзажах есть и особые ностальгические нотки. Вот, вкратце, о чем речь. Данная цветовая гамма сформировалась в середине 1990-х под влиянием поездки в Сибирь. Тогда художник отправился на поезде в Иркутск, и его захватил пейзаж страны — белая равнина, серое небо, тут и там «руины империи» — разрушенные заводы, свинофермы, самолеты. И повсюду — люди, суетятся, на лыжах катаются. Я поправляю — не катаются, а едут на работу, в Москве 20 — 40-х такое дело было совершенно обычным.
Первые «снежные» полотна Батынкова были очень веселые. А вот нынешние метафизические «Аллегории» при ближайшем рассмотрении ужасают. Они про мизерность личного бытия, про власть бесконечных пространств и тяжеловесной однопартийной архитектуры, вроде египетских пирамид. Какая тоска охватывает!
Батынков говорит еще конкретнее: «Посмотрите, за последние 10 лет мы построили одну ГЭС, пустили три электрички, один самолет. Что будет с нами через пару-тройку лет? Советские самолеты исчерпали свой ресурс, а новых нету». Хочется успокоить художника, но как?