ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА

ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА

Медицинский центр, рекламу которого о терапии стволовыми клетками я прочла в газете, располагался на одной из самых что ни на есть окраин Москвы, правда, на территории элитного жилого комплекса

Центр с виду обычный, из тех, что давно и — надеюсь — успешно лечат москвичей от разных половых инфекций, диагностируют беременность и тому подобные нестандартные состояния. Все по самым современным методикам, по вполне нормальным ценам и быстро.

По размерам центр маленький, но чистенький. Безлюдно. Записалась-то я на прием за три дня. В гулком маленьком фойе медсестра выслушала мое: «А где у вас тут насчет терапии стволовыми клетками?», предложила раздеться, ушла куда-то, и через минуту врач в белом халате пригласила меня в кабинет.

— Что вас интересует? — спросила она.

— У меня болеет тетя, — рассказываю заранее придуманную историю. — У нее цирроз печени... Прогноз плохой. А ей всего 48 лет, две дочери, внук родился, второй собирается. Умирать ей, в общем, совершенно некогда. Она узнала о стволовых клетках, увидела вашу рекламу. Живет в Ижевске, прислала меня все разузнать.

— Как фамилия тети? — поинтересовалась врач.

— Жукова, — сказала я наобум.

Не заглядывая ни в какие бумаги, как будто помня всех пациентов наперечет, она ответила:

— Значит, свои анализы она нам не присылала. Так вот, пусть она у себя в Ижевске пройдет полное обследование. Результаты пришлет нам, я вам скажу номер факса. Мы отошлем все документы на консилиум, и консилиум решит, что делать с вашей тетей, показан ей метод или нет. Если показан, ей позвонят и пригласят на процедуры.

— А какие противопоказания?

— Шизофрения и эпилепсия.

— А почему?

— Этого я не знаю. Стоимость лечения — 263500 рублей. Если врач решит, что оставлять вашу тетю без специального наблюдения нельзя, процедуры будут проводиться не амбулаторно, а в клинике, так же, как и амбулаторное лечение — на базе Научного центра акушерства и гинекологии РАМН. Клиника — это дополнительные тридцать тысяч рублей за неделю.

— А что за процедуры?

— Инъекции стволовых клеток. Проводятся они двукратно. Первый раз — десять-пятнадцать уколов, через несколько недель — еще столько же. Инъекции в область живота.

— И какой прогноз?

— Благоприятный. У нас было много больных циррозом, и всем становилось лучше.

— Лучше — это как?

— Ну злокачественный процесс прекращался, самочувствие улучшалось, прибавлялась энергия...

— Как-то это все... — засомневалась я. — Нет ли у вас точных цифр?

— Вы что имеете в виду?

— Ну процент выздоровевших, как там обычно у вас, у медиков... А то ведь все по-разному понимают «улучшение». Деньги-то немалые.

— К сожалению, у меня нет для вас таких цифр, — сказала она. — И гарантии мы тоже никакой дать не можем, как вы понимаете. Ведь реакция организма у всех разная. Но почему вы сомневаетесь? Методике десять лет уже, осложнений практически никаких. Я же вам говорю — состояние улучшается практически у всех пациентов. Вплоть до полного излечения.

— Может, в акушерстве и гинекологии есть точные цифры? Хотя бы по полным излечениям? — не успокаивалась я. — Вы понимаете, тетя у меня такая дотошная в Ижевске своем...