Ребенок один в комнате на полу с кубиками возится. Мама заглядывает — ребенок ей кричит: «Не мешай!» Только она вышла — кричит: «Мама!»... Попробуй объясни, почему он так. Почему таких мучительных усилий требует от него познание своего одиночества. Своей свободы... Своей потерянности... Одиночество — штука загадочная. Что это вообще такое, одиночество? Состояние? Чувство? Образ жизни? Все мы знакомы с одиночеством, и никто не знает, хорошо это или плохо. Стандартный ответ: «Когда как». Но, простите, какой же это ответ... И кто знает точный ответ? Валерий Бабанов знает. Потому что Валерий — один из двух в мире соло-альпинистов, людей, ходящих в горы в одиночку. Валерий уходит в горы, чтобы в который раз попытаться понять, как ему жить, когда он снова спустится вниз
ИСПОВЕДЬ УЛИТКИ
«Вот уже несколько дней, как я медленно, подобно улитке, прокладываю путь на гигантской стене. Мир, который остался далеко внизу, как будто нарисован на тонком папирусе, и кажется, стоит нечаянно махнуть рукой, он исчезнет... И все, что осталось на этой планете, — это ты или что-то похожее на тебя, плюс какие-то немногие вещи, которые ты зачем-то упрямо тащишь вверх, и это — незыблемая часть другого мира, поставленного вертикально, там, внизу, названного «стеной»...»
— Ну и о чем, — спросил меня Бабанов, — говорить будем?
— Об истории болезни. Когда появились первые симптомы?
— Мы играем во врача и пациента?
— Вроде того.
— Как и у всех, в детстве у меня были любимые книжки про путешествия, приключения... тебя это устраивает? В шестом классе я записался в астрономический кружок, мы часто выезжали в экспедиции с телескопами и прочим оборудованием. Это очень изменило меня — я до того был весьма хулиганистым, а окончил школу с хорошим поведением... нравится тебе такой ответ?.. Знаешь, люди много говорят о том, как трудно сделать правильный выбор жизненного пути. А по-моему, никакого выбора не существует. Если бы он был, я бы стал космонавтом.
— А почему не стал?
— Я постоянно страдал отитами. И в летчики меня из-за моего среднего уха не взяли, хоть я и окончил авиационное училище.
— Жалеешь?
— Разве что о том, что свобода выбора — миф.
— Позволь мне препарировать тебя под обывательским углом: почему и зачем тебе это нужно? Банальные вопросы, но ведь врач всегда говорит пациенту банальности...
— Самый простой ответ на вопрос «Почему и зачем тебе это нужно?» — получение острых ощущений. А зачем?.. Все-таки преодоление себя — главная победа, которую может совершить человек. Опять банальность сказал...
— Я тебя понимаю. Вот я стала бегать по утрам. Как это повышает самооценку!.. Значит, борьба с комплексом неполноценности?
— Я бы назвал это «комплексом человечности». Человек чаще всего не бог, не царь и не герой, и это обидно.
— И обидевшись на человечество, ты решил всех переплюнуть?
— Просто понял, что в спортивном альпинизме прошел все — скальные восхождения, технические, высотные... Более 150 восхождений в команде. Ничего нового не будет. А мне хочется нового.
— Типичная наркомания со стажем. Переход с «колес» на «иглу», все большее увеличение дозы... Кто тебя втянул в это, кто учил?
— Сам втянулся. Если хочешь знать, соло-альпинизм считался у нас запретной темой. Занимались им тайком, а если кто-то «засыпался» — лишали всех спортивных званий и регалий.
— Ты помнишь, как впервые пошел один в горы?
— Конечно. В 1993-м на Тянь-Шане, маршрут «5-й Б» категории.
— Волновался?
— Не то слово. Сидел ночью в палатке и не знал — пойду утром наверх или нет? Мне друзья на дорожку сунули в рюкзак книжку Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон». Я про нее вспомнил, начал читать... И прибалдел. Дочитал, посмотрел на титульный лист — вижу эпиграф: «Посвящается Чайке, живущей в каждом из нас». И когда стало светать, ушел на маршрут...
— И стал Чайкой? Ты прямо Нина Заречная...
— Ну вот, еще один ярлык...
— Послушай, Чайка! Но зачем уходить на какой-то маршрут, если самое страшное одиночество в толпе? В пустых квартирах одинокие старики, в общих постелях одинокие супруги, в детских комнатах одинокое подрастающее поколение. Ты просто гад какой-то, извини: все страдают от одиночества, а ты им говоришь: «Я вас всех перегоню, выше вас всех залезу, и мне за это еще и диплом дадут!»
— Опять ярлык вешаешь! Я не гад. Ладно, драться не будем... Знаешь, почему так мало людей в мире занимаются соло-альпинизмом, как, впрочем, и другими некомандными видами спорта? Потому что это страшно. Трудность не в том, что физическая нагрузка увеличивается, а в том, что происходит внутри тебя.
— Что же там такого происходит?
— У каждого человека есть воспоминания, от которых он хотел бы убежать. В обычной жизни они глубоко и надежно спрятаны — мы в этом деле все мастера. А там это начинает вылезать наружу. Я ползу по стене, а в голове всплывают всякие гадости...
— Прямо как демоны осаждают монаха во время молитвы! Тебе надо амулет, что ли, какой-нибудь носить...
— А я и ношу иконку со Святой Троицей.
— Ты верующий?
— Не хочу об этом говорить.
— А от чего ты хотел бы убежать?
— И об этом не хочу говорить...
— Нет, скажи — иначе получишься каким-то идеальным героем!
— Какой же я идеальный — «наркоман со стажем», «комплекс неполноценности», «гад»...
— В любом случае ты баловень судьбы — так, играя в орлянку с судьбой, умудряться получать от нее дивиденды!
— Сольных восхождений у меня больше тридцати, из них три высшей категории сложности... Поражений гораздо больше.
— Поражений?! Бабанов, но ты ведь жив!..
|