'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
ДРУГАЯ СТОРОНА УЛИЦ
Есть на Никольской улице архив, найденный на помойке. Собачник гулял в Замоскворечье и подобрал дамскую сумочку — потертый ридикюль, а в нем очки без стекол, перо № 86 и пачка писем с первой мировой... Похоронки, фотографии, открытки, коммунальные счета, трамвайные билеты — в московском «Народном архиве» хранится то, от чего отказываются архивы государственные. Частные истории никому не известных людей. Тут и попался мне дневник Наташи Ходот, умершей от туберкулеза в 1923 году. Две тетрадки, одна в красном, другая в черном переплете, с засушенной фиалкой меж страниц.
Дневник девочки, без которой мы доживаем ее век
25 декабря 1920 года. Проснулась это я сегодня. Отодвинула занавеску на окне, гляжу — что за чудо: светло на дворе, солнышко... а небо — голубое, голубое, да облачка белые, прозрачные так и мчатся по небу; а крыши все черные, ни капельки снегу на них нету, оказывается, за ночь стаял весь; и на улице снега мало, только скользко очень и воды много. Все дни был мороз, а под самое Рождество пришла вьюга и принесла один градус тепла... А елка-то у нас все-таки есть! Елку мне подарила Оля Степанова, вероятно, за то, что я ей игрушки дала, на елку. Я свою уже украсила, свечи мне купили Мария Ефимовна и Александр Яковлевич в церкви, т.к. теперь настоящих елочных и даже простых стеариновых нигде достать нельзя... |
Журнал "Огонёк" №2
от 17.01.1999, стр. 4