от Юрия Борева
Писатель Виталий Губарев осуществил мечту расстрелянного Мейерхольда и написал пьесу о Павлике Морозове. Стараниями автора пьеса была выдвинута на Сталинскую премию. В день, когда должны были огласить список лауреатов, композитор Богословский устроил банкет и пригласил Губарева. Гости сели за стол, включили радио. Раздался голос Левитана. Список лауреатов первой степени... список лауреатов второй степени... третьей... и наконец - "...драматургу Виталию Губареву за пьесу "Павлик Морозов"... ни хрена!" Гости оторопели, а когда поняли, что источником розыгрыша был редкий в те годы магнитофон, - расхохотались. Розыгрыш весело обмыли.
Генерал, похлопав по плечу Утесова, сказал ему:
- Побольше русских народных песен.
- Товарищ генерал, вы меня с Руслановой спутали.
Анатолия Софронова, главного редактора журнала "Огонек", вызвали на ковер за аморальное поведение, и при этом было сказано: как же так, в своих произведениях вы пишете о чистоте чувств, а ведете себя черт знает как. Софронов ответил: "Древние римляне говорили: не учись, глядя на то, что я делаю, а учись, слушая то, что я говорю". Поскольку из ЦК не было спущено высоких указаний, объяснением Софронова удовлетворились.
Домбровский выпивал с руководителем Союза писателей Фадеевым. Руководитель спросил:
- Вам деньги не нужны?
- Александр Александрович, вы со мной пьете и деньги предлагаете, а завтра попросят у вас санкцию на мой арест, и вы дадите.
Глаза Фадеева остекленели:
- Ну, это мы сейчас с вами обсуждать не будем...
Юзик Дик был сыном румынского революционера, бежавшего в Советский Союз и попавшего, естественно, в тюрьму. Юзик воспитывался в детском доме НКВД, в начале войны ушел на фронт и вернулся с обрубками вместо рук и без глаза. Но это не помешало ему закончить Литинститут, писать детские рассказы, ухаживать за женщинами и быть веселым и жизнерадостным человеком. Он даже купил автомобиль и водил его. Если его, случалось, останавливал постовой и требовал права, он поднимал свои обрубки и говорил: "Возьми в верхнем кармане". Пораженный милиционер отдавал честь и отпускал Дика.
Когда советские войска подошли к Берлину, в расположение одной из частей попала немецкая кинозвезда Марика Рокк. Один из маршалов тут же завел с ней роман. Сталину донесли: советскому маршалу грозит влияние фашистской идеологии. "Ничего, - успокоил он, - идеология распространяется по другим каналам".
В 50-х годах пожилой Ворошилов, назначенный куратором советского спорта, должен был решить вопрос, развивать в России канадский хоккей или нет. Он пришел на стадион "Динамо" на матч советской сборной с польской командой. Первый период закончился с нулевым счетом. Ворошилов был расстроен и выпил стакан коньяка. Но во втором и третьем периодах наша сборная переиграла. Ворошилов радовался:
- Разгромили белополяков! Отомстили за то, что они Киев брали в гражданскую! А канадский хоккей - русская игра. Будем развивать. И канадцев переиграем!
И с этими вещими словами он опорожнил второй стакан коньяка.