В воскресенье известный американский финансист ДЖОРДЖ СОРОС прилетел в Москву. Официальная цель визита — презентация нового проекта по поддержке российских библиотек и системы здравоохранения. Однако в своем единственном интервью для российской прессы Сорос согласился обсудить финансовые и экономические проблемы России. Спецкорреспонденту "Коммерсанта" ПЕТРУ Ъ-РУШАЙЛО он признался, что делать бизнес в России по-прежнему невыгодно из-за чрезмерного влияния олигархов на политические процессы.
— Полгода назад в книге "Крах мирового капитализма" вы написали, что Россию можно "списать со счетов". Сейчас ваше мнение изменилось?
— Не очень. Но хотелось бы уточнить, какой именно отрывок вы цитируете из моей книги?
— О кризисах. Вы пишете, что последний кризис кончился для большинства азиатских стран крупными неприятностями, а для России — крахом...
— Так оно и есть. Ваша экономика очень сильно пострадала из-за этого кризиса. Экономическая активность, безусловно, остается на очень низком уровне. И налоговое бремя очень велико. Кроме того, в России создалась такая ситуация, когда иностранному капиталу невыгодно проникать в страну. Все это происходит в результате того, что права на собственность и на недвижимость, к сожалению, недостаточно уважают в этой стране. Отношение к иностранному капиталу просто неприемлемо. Я имею в виду процедуру банкротства в отношении СИДАНКО: компания British Petroleum столкнулась с не очень хорошим приемом. Та же ситуация и в ЮКОСе, где мелких акционеров просто оскорбили (на прошлой неделе акционеры дочерних предприятий ЮКОСа подали в суд на компанию, утверждая, что их права ущемляются в ходе дополнительной эмиссии акций.— Ъ).
— Вы много говорили о том, что в России грабительский капитализм, власть олигархов. После кризиса большинство крупных корпораций рухнули. Ситуация изменилась?
— Не очень. Грабительский капитализм, в общем-то, характеризуется как раз тем, что владельцы капитала, к сожалению, оказывают сильное политическое влияние, которое они не должны были бы оказывать в нормальных условиях.
— Когда пошли слухи, что Березовский хочет купить издательский дом "Коммерсантъ", мне сказали, что вы откажетесь от этого интервью...
— Я точно не знал, собирается ли Березовский купить "Коммерсантъ". Может, вы мне сами скажете, правда ли это?
— Собираться собирается, но сделка еще не состоялась. Есть альтернативные варианты. А как вы вообще относитесь к влиянию российских олигархов на масс-медиа?
— Что касается Березовского, я и раньше высказывал свое мнение на его счет. Я думаю, что это тот самый злой гений, типичный представитель грабительского капитализма. Я вынужден констатировать, что он пользуется слишком большим влиянием в вашей стране. Это меня совсем не радует.
— Можно ли, на ваш взгляд, бороться с чрезмерным влиянием олигархов?
— У вас есть такое преимущество, как свободная пресса. Смотрите, мы сейчас свободно с вами общаемся, и вы спрашиваете, что я думаю о Березовском, хотя сами знаете наверняка, что Березовский будет покупать газету "Коммерсантъ". И, может быть, вы из-за этого своего вопроса останетесь без работы. Но сам факт нашего с вами свободного общения лишний раз свидетельствует о том, что у вас свободная пресса. Конечно, когда СМИ попадают под влияние определенных финансовых интересов, то это уже не очень здоровый климат. Но тем не менее финансовые интересы олигархов могут быть различными, и это не мешает высказывать на страницах газет разные мнения. Сейчас у вас приближаются выборы, и я считаю, что будущее во многом зависит от их исхода.
— Вы нарисовали довольно неприятную картину. Тем не менее вы вкладывали деньги в российскую экономику.
— Когда я участвовал в аукционе по приобретению акций "Связьинвеста", я думал, что это как раз тот период, когда грабительский капитализм будет переходить в капитализм, где будут играть по правилам. Если бы мои предположения подтвердились, я бы очень удачно вложил свои средства. В то время было немало признаков того, что наметился явный прогресс. Но для меня, к сожалению, тот аукцион как раз и послужил поводом для переоценки ситуации.
— В ходе нынешнего визита вы будете обсуждать вопросы защиты прав собственности с российскими властями?
— Да нет, не особенно. Впрочем, у меня будет одна или даже две встречи, связанных с моими инвестициями. Но, безусловно, я очень заинтересован в том, чтобы мои капиталовложения приносили прибыль. Кроме того, на своем примере я хотел бы продемонстрировать, что инвестиции, вложенные в России, могут приносить доход.
— А главная цель визита?
— Сделать презентации своих проектов в области образования и культуры.
— И сколько денег вы вкладываете в эти проекты?
— Наш бюджет на текущий год где-то в пределах $100 млн. Я думаю, что это достаточно крупная сумма. Она гораздо больше, чем в предыдущем году. Но в будущем году эта сумма снова снизится. Я думаю, что будет даже меньше, чем $50 млн.
— Вы примерно знаете, на что эти средства пойдут?
— Почему примерно? Я очень точно знаю, на что они пойдут. У нас есть ключевые программы. Это снабжение книгами, пополнение книжного фонда четырех тысяч библиотек. Это организация сети Интернет для институтов. Кроме того, у нас будет новая программа для среднего и высшего образования. А также намечается новая программа по охране здоровья. Средства из этой программы пойдут, в частности, на борьбу с туберкулезом.
— А вас не пугают проекты вроде введения в России экономической диктатуры? Имеется в виду мобилизационная экономика, ограничение цен, зарплат.
— Государственные органы сейчас слишком слабы, чтобы можно было реально проводить подобные программы в жизнь. Я думаю, что, если сейчас попытаться это сделать, последствия будут ужасными.