В четверг у Пенсионного фонда наконец появился официальный глава. Им стал бывший советник президента по социальной политике МИХАИЛ ЗУРАБОВ. Его назначение мало кого удивило, хотя Зурабов, работавший в сфере страхования, не имеет никакого опыта работы в пенсионной системе. Это человек, близкий семье Ельцина. Новый председатель Пенсионного фонда дал интервью корреспонденту Ъ ИРИНЕ Ъ-РЕЗНИК.
— Вы согласны с тем, что ваше назначение было политическим шагом?
— Любой кандидат, претендующий на тот или иной пост, рассматривается политическими силами в плане того, какую позицию он займет в преддверии выборов, сможет ли он помочь. Но использование средств фонда для решения каких-то политических задач недопустимо. Чем руководствовался президент, делая те или иные назначения, сказать сложно, но уверен, что в первую очередь не политическими соображениями. Вообще, подходить с таких позиций к назначению на пост главы ПФ в условиях, когда такое сложное положение с выплатой пенсий, неправомерно.
— Значит, и отставка Барчука тоже не была политической?
— Он много сделал для ПФ. По моим сведениям, заявление об отставке написал он сам — его полтора месяца упрашивали остаться. Для меня согласиться на этот пост было непросто. Были и более заманчивые предложения.
— Какие?
— Не скажу.
— Однако вы согласились, хотя у вас нет опыта работы в сфере пенсионного обеспечения?
— ПФ — это прежде всего финансовая организация. Опыт работы в финансовых организациях я имею. Кроме того, я восемь лет работал в социальной сфере — почему я плохой кандидат? За месяц-другой я разберусь в тех нюансах работы фонда, которые мне неизвестны.
— А что вы можете сказать о проигравшем гонку Куртине?
— Он прекрасный специалист, и я с удовольствием согласился бы с ним работать.
— Пенсионный фонд — это 200 млрд рублей, которые можно выгодно использовать в предвыборной кампании.
— Пенсионный фонд связан с политикой лишь в одном: нельзя допустить задолженности по пенсиям перед выборами, иначе мы дестабилизируем ситуацию. Поэтому выборы являются тем обстоятельством, которое заставляет нас еще тщательнее делать расчет наших финансовых возможностей. Я против того, чтобы средства ПФ, как и любого другого социального фонда, можно было использовать для решения политических задач. Да это и невозможно.
— Почему?
— Структура ПФ такова, что его средства аккумулируются на счетах его отделений. Когда кто-то говорит, что ПФ имеет огромные средства, особенно в Москве,— это не совсем так. Все свои финансовые средства отделения ПФ аккумулируют на счетах в Центробанке. И работы с коммерческими банками в плане хранения средств нет.
— А что происходит, если в фонде есть временные свободные средства?
— Свободных средств у ПФ в нынешней ситуации быть не должно. Объем временно свободных средств должен точно соответствовать нормативу, установленному бюджетом. На начало месяца надо выходить с остатками, чтобы с чего-то начинать выплату пенсий. Любых других средств в ПФ существовать не должно. Ведь у нас есть долги по пенсиям. И их надо платить.
— Предположим. Но Пенсионный фонд — это еще и очень мощный политический рычаг давления на губернаторов и избирателей. Руководство ПФ решает, в какой регион отправить больше средств, в какой — меньше.
— Все это так, но моя прямая обязанность как раз и заключается в том, чтобы следить за тем, чтобы деньги в регионы направлялись в соответствии с установленным порядком. Может быть, вы не поверите, но ко всем регионам я отношусь одинаково тепло.
— Но вас могут использовать.
— Думаю, ничего не выйдет.
— А в работе ПФ вы что-нибудь менять собираетесь?
— Я считаю, что структура управления ПФ, которая сейчас заложена, совершенно разумна.
— Говорят, ваш брат Александр Зурабов собирается возглавить Сбербанк?
— Мой брат — хороший профессионал. Уверен, что с его приходом в любой банк последний хуже бы работать не стал. Но, даже если это предложение было бы ему официально сделано, уверен, что он никогда бы его не принял. У него есть много других идей, но ни при каких обстоятельствах они не пересекутся с деятельностью ПФ.
— Что вы думаете о команде в правительстве, с которой вам предстоит работать? По слухам, Матвиенко и Калашников не очень-то обрадовались вашему назначению.
— Это профессионалы, и, думаю, мы сработаемся.