Георгий Митрофанов, протоиерей, профессор Санкт-Петербургской духовной академии
Конечно, российские СМИ в последние годы не являются безусловно свободными, но мне все-таки кажется, что говорить о широкомасштабной и целенаправленной антицерковной кампании не приходится. Скорее перед нами явление другого порядка. На рубеже 1980-1990-х годов во многих слоях общества наблюдались завышенные ожидания относительно Церкви, было искреннее или лукавое обольщение ею, часто исходившее из далеких от понимания сути церковной жизни устремлений общества. Но и ожидания Церкви относительно общества также были завышены: мы пребывали в иллюзии, что в стране началось широкомасштабное церковное возрождение, как будто предыдущие 70 лет безбожия — лишь случайный эпизод. Однако ничего подобного не произошло. И сегодня мы осознаем, насколько велико отчуждение между Церковью и обществом, а в каких-то вопросах — между Церковью и государством. СМИ в данном случае лишь отражают это. Когда выясняется, что у Церкви есть свои проблемы, в которых отчасти виноваты сами ее представители, отчасти предшествующая история, у людей возникает мелкое желание подчеркнуть теневые стороны церковной жизни. В этом взаимном разочаровании, к сожалению, проступают элементы ожесточения и отчуждения.
Акция Pussy Riot — как раз пример неадекватной реакции некоторых групп общества на собственное разочарование в Церкви. Официальные представители Церкви высказались за условное наказание этим девицам. Действительно, было бы бессмысленно и безнравственно, если бы они получили реальный срок. С другой стороны, Церковь, которую на протяжении 70 лет оскорбляли всеми возможными способами, не должна делать вид, что ничего не случилось.
В происходящих событиях для меня как для церковного историка и священника нет ничего неожиданного. Проступило то, что было ясно с середины 1990-х годов: Россия — одна из самых дехристианизированных стран мира. Ее поверхностного прицерковления явно недостаточно, и сегодня наша Церковь остается, увы, Церковью меньшинства. Опыты по созданию церковно-общественных организаций не привели ни к чему позитивному, мы находимся в окружении маргинальных церковно-общественных групп. Причины этого коренятся не только в коммунистическом периоде, но и в недостаточной воцерковленности общества еще до 1917 года. А сегодня, когда Церковь активизировалась, эти тенденции выявились. Из чего не следует, будто нужно вернуться к пассивной позиции и обслуживать лишь недоразвитые религиозные запросы дезориентированных постсоветских обывателей. Необходимо продолжать наступление, понимая, что оно встретится с сопротивлением. Нужно исходить из того, что не помощь государства поможет Церкви утвердиться в обществе, но ее собственная активная работа. Церкви необходимо в своей деятельности опираться лишь на свою верную паству. Ну а тревожиться от того, что в СМИ возник поток критических публикаций, не приходится — нас ожидают куда более серьезные испытания.