— Ваше обращение к президенту многие в крае назвали капитуляцией перед краевыми властями...
— Дело в другом. Когда меня назначили временно исполняющим обязанности полномочного представителя президента в Приморье, не существовало базисных документов, регламентировавших деятельность президентских представителей на местах. Поэтому Борис Ельцин с учетом сложившейся в Приморье обстановки издал отдельный указ, наделив меня особыми полномочиями. Немного позже вышел другой указ, дающий, по-моему, всем представителям президента такие же права, как и мои "особые". Статус начальника УФСБ отчасти помогает в моей работе: сотрудники управления всегда готовы оказать посильную помощь. Но не думаю, что такое "совместительство" следует распространить повсеместно.
— Согласны ли вы с мнением, что краевое руководство практически игнорирует представителя президента?
— Это не так. Администрация Приморья присылает мне все необходимые документы за подписью ее руководителей. А уж я, в свою очередь, решаю, ставить или нет на них свою, соглашаться с распределением средств, предложенным администрацией, или нет. И очень часто я не согласен с тем, как губернатор распределяет федеральные деньги. Например, в январе этого года Минфин выделил 105 млн "новыми", из которых 34 млн были отвлечены на нецелевые нужды. Я был против с самого начала и отказался согласовывать соответствующий документ. Губернатор и его подчиненные систематически нарушают решения правительства страны о распределении трансфертов и президентский указ, прямо предписывающий согласовывать это распределение с представителем президента. Информацию о нецелевом расходовании средств или задержках с перечислением их на места я направляю во все вышестоящие инстанции.
— А результат?
— Результат есть. Все руководители страны знают, что в Приморье есть нарушения, что средства распределяются не по назначению.
— И возможна персональная ответственность за это?
— Не мне решать. Но вы помните, в 1996 году проблемы с приморским ТЭКом закончились указом о неполном служебном соответствии губернатора, а один из его заместителей был снят с должности по требованию президента. Я не могу утверждать, что такой вариант повторится. Но и не исключаю этого.
— Каковы ваши личные отношения с Наздратенко?
— Мы знакомы с Евгением Ивановичем с момента, когда он был назначен главой администрации края. Отношения, на мой взгляд, были ровными, но теплыми назвать их сложно. С назначением меня представителем президента они существенно изменились. Я готов со всеми работать, но со стороны Евгения Ивановича такого желания не вижу. И ползут всякие слухи, что сегодня-завтра меня снимут. Особым способом демонстрируется неуважение ко мне. Например, представитель президента направляет официальную бумагу губернатору. Ответ приходит за подписью мелкого чиновника — замначальника какого-нибудь управления. Налицо явное нарушение аппаратной этики. Мы, правда, тоже в долгу не остаемся. Постоять за себя умеем.