Как стало известно "Ъ", следственный комитет России (СКР) завершил расследование уголовных дел в отношении бывших прокуроров подмосковных городов Серпухова Олега Базыляна и Пушкино Романа Нещеменко, а также трех экс-офицеров милиции, участвовавших в крышевании незаконных игорных заведений. Обвинительные заключения по делам последних Генпрокуратура утверждать отказалась, вернув их в СКР на устранение недостатков. Очевидно, то же самое произойдет и с делами прокуроров.
Вчера бывшему прокурору Нищеменко следователь СКР Денис Никандров предъявил обвинение в окончательной редакции. Надзорщику инкриминировали совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 290 УК (получение взяток в особо крупном размере). По версии СКР, за взятки от организатора сети подпольных игорных заведений Ивана Назарова и его партнеров он позволял коммерсантам содержать подпольные залы в Пушкино.
В ближайшее время дело господина Нищеменко будет выделено в отдельное производство из так называемого большого дела о коррупции областных правоохранителей, а сам обвиняемый и его защита приступят к ознакомлению с его материалами. Свою вину экс-прокурор не признает.
Бывший прокурор Серпухова Олег Базылян, которому инкриминируется совершение аналогичных преступлений, по данным "Ъ", со своим уже выделенным уголовным делом знакомится с начала марта. Сколько ему времени потребуется на это, неизвестно, но учитывая уже принятые Генпрокуратурой решения по другим фигурантам "игорного" дела, можно предположить, что надзор вряд ли согласится с точкой зрения следствия.
Напомним, что Генпрокуратура давно не пропускает в суд первое законченное дело о коррупции в Мособлпрокуратуре — бывшего прокурора Ногинска Владимира Глебова. Тот неоднократно обжаловал решения замгенпрокурора Виктора Гриня в судах, однако так и не смог добиться рассмотрения своего дела по существу.
Подтверждают эту тенденцию и недавно завершенные уголовные дела в отношении двух старших оперуполномоченных подмосковного УБЭПа Дмитрия Акулина и Сергея Ермакова. Офицеры обвиняются в получении взяток в особо крупном размере (ч. 4 ст. 290 УК РФ), а также заместителя начальника ОБЭП УВД Пушкинского района Мособласти Николая Пышкина. Последнему инкриминируется ст. 159 УК (мошенничество). По версии следствия, вместе с областными прокурорами они обеспечивали "крышу" подпольным игорным заведениям бизнесмена Назарова, предупреждая их о предстоящих проверках.
Обвинительные заключения по их делам замгенпрокурора Виктор Гринь уже вернул в СКР, а попытки обжаловать его решения у генпрокурора Чайки не увенчались успехом.
По сведениям "Ъ" из Генпрокуратуры, изучая материалы, например, дела оперативников Акулинина и Ермакова, надзор счел, что предъявленные им обвинения носят "неконкретный характер" и зачастую не подтверждены доказательствами. Так, например, в предоставленных следствием материалах прослушки телефонных переговоров убэповцев те совсем не обсуждают время, место, обстоятельства и размер якобы полученных ими взяток. Вывод следствия о том, что у теневого бизнеса была милицейская "крыша", по мнению Генпрокуратуры, основан в основном на показаниях раскаявшегося помощника Ивана Назарова Ивана Волкова, который был знаком с оперативниками. В итоге, как пояснили в Генпрокуратуре, обвинительное заключение было возвращено СКР с рекомендацией устранить допущенные при расследовании "существенные" нарушения.
Примерно в том же духе высказался адвокат майора Акулинина Игорь Хадарцев, сообщивший "Ъ", что его клиента изначально обвиняли в мошенничестве (ст. 159 УК РФ), но защите удалось доказать, что похитить деньги посетителей игорных клубов не работавший в них полицейский никак не мог. Тогда обвинение было последовательно переквалифицировано на превышение и злоупотребление должностными полномочиями (ст. 286 и 285 УК РФ), однако в дальнейшем стало ясно, что отнести к служебной деятельности убэповца коммерческие отношения с "игровыми" бизнесменами тоже будет не совсем корректно. В итоге появилось последнее обвинение во взятке (ст. 290 УК РФ), сохранившееся в окончательной редакции.
В СКР, в свою очередь, убеждены, что вина полицейских и прокуроров в "игорном" деле очевидна и доказана. Однако как СКР убедит в этом Генпрокуратуру, пока не ясно.