"Нельзя ничего либерализовывать"

Вчера председатель правительства Владимир Путин в Барнауле встретился с полицейскими, чтобы услышать их предложения по устройству офисов участковых в их собственных квартирах, а также по процедуре оформления ДТП, которую полицейские предполагают отдать самим водителям. С подробностями из Барнаула — специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

Перед встречей полицейских инструктировали их начальники:

— Говорите спокойно в микрофон! Не надо в него плевать!

Очевидно, организаторы слишком хорошо знали, как трудно бывает их подчиненным удержаться от таких соблазнов.

Тем не менее полицейские нервничали, и гарантировать, конечно, ничего было нельзя. Премьер заметил это и постарался успокоить первую же из выступавших, Ирину Уржумову, инспектора по делам несовершеннолетних.

— Условия нормальные у вас? — спросил он.

— Нормальные,— кивнула она.— Вполне. Как пришла после института, сразу показали мне рабочий стол...

— Не протекает, не холодно в помещении? — продолжал допытываться премьер.

Вопросы могли насторожить кого угодно, только не Ирину Уржумову.

— Нет пока! — сразу ответила она.

Но понятно, что мысль о такой возможности будет преследовать ее теперь до конца службы.

— И сколько у вас несовершеннолетних?

— Девять. Примерно по 14 лет. Это тот возраст, когда их обязательно надо брать на контроль! — обеспокоенно сказала Ирина Уржумова.

Премьер удивился:

— Всех? А если родители справляются?

— Тогда не надо,— подумав, согласилась Ирина Уржумова.— Но неблагополучных — надо.

— А есть шанс, что они встанут на путь исправления? — задал премьер наводящий (на раздумья о нем самом) вопрос.

— Конечно! — воскликнула девушка.— А как же!

— То есть вы их любите? — прямо спросил Владимир Путин.

— Ой, да, конечно,— всплеснула она руками.— Они к нам в отделение даже в гости сами приходят!

Вряд ли она имела в виду, что только с чистосердечным признанием.

От картины, которую она нарисовала, глаза заволакивало влажной пеленой... Чем-то таким... Или это был просто ветер...

Я так до конца и не понял, делился ли господин Путин с инспектором своим хорошим настроением с утра или просто хотел создать рабочий уют в этой компании. И никто, по-моему, не понял.

После этого Владимир Путин долго отвечал на обычные вопросы: про жилье, ипотеку, повышение зарплат и пенсий...

Это продолжалось, пока не выступил Владимир Шеболгашев, старший сержант полиции. Он рассказал, что в последнее время появилась хорошая тенденция: участковым дают квартиры в том районе, за который они отвечают. Такой офис на дому.

Премьер казался обескураженным:

— Делайте как хотите, как вам нравится, но если я был бы участковым уполномоченным (это, как ни странно, оказалось не так уж трудно представить.— А.К.) и ко мне бы домой приходили родители и приводили проблемных несовершеннолетних детей, а у меня дома жена и свои дети!..

— На сегодняшний день это выход,— настаивал старший сержант.

— Какой выход? — переспрашивал господин Путин.

— Если он живет с ними на одном участке,— пояснял господин Шеболгашев.

— Нет,— постепенно и неумолимо раздражался премьер, но полицейские, размягченные атмосферой, которую он сам же и создал, не замечали этого.

— Но все-таки работать и жить в разных местах лучше, особенно учитывая специфику их работы,— констатировал господин Путин.

Владимир Шеболгашев хотел еще что-то возразить, но сник под веским взглядом министра внутренних дел господина Нургалиева.

На вопрос "Ужесточить наркоманию или как?" премьер ответил однозначно:

— Нужно ужесточать ответственность. Нельзя ничего либерализовывать.

Вот этот момент полицейские с удовлетворением усвоили раз и навсегда.

Еще один полицейский, Дмитрий Зацепин, предложил упростить процедуру оформления мелких ДТП и увеличить лимит страхования по ОСАГО.

— До 50 тысяч повысить? — заинтересовался премьер.

— До 70 тысяч желательно,— сказал полицейский.— А упростить процедуру надо. Водители сами могут оформлять ДТП на месте, только не пользуются этим. Боятся. Им кажется, что это сложно. А это просто. В автошколе этому надо учить.

— Дмитрий Анатольевич, мне нравится то, что вы говорите! — произнес премьер фразу, от которой воздерживался несколько лет.