Все договоры об объединении с Белоруссией еще долго останутся пустыми бумажками. Об этом говорит мой опыт общения с белорусскими чиновниками. Дело было так. Месяц назад отправился я в город Молодечно Минской области. В Молодечно я окончил школу, получил паспорт, права, постоянно прописан. В Москве окончил вуз, женился, работаю, постоянно проживаю. Год назад узнал, что в Белоруссии начался обмен водительских удостоверений. Проживающие в Молодечно родители выяснили, какие документы собирать для замены прав (в частности, надо как-то подтвердить, что в последние три месяца я управлял автомобилем). И вот я у окошка местного инспектора ГАИ.
— Хочу,— говорю,— получить новое удостоверение.
— Хорошо,— отвечает инспектор, просмотрев мои документы.— А автомобиль у вас есть?
— У жены есть. Я езжу по доверенности.
Показываю четыре доверенности за июль, август, сентябрь и октябрь, которые жена написала от руки.
— Это бумажки. Доверенность заверяется нотариально.
— Зачем? В Москве это необязательно.
— А у нас обязательно. Чем докажете, что вы действительно управляли транспортным средством?
— Взгляните на талон. Вот отметка о том, что взят штраф за превышение скорости, вот — за проезд на красный свет. Я что, бегал на красный свет со скоростью 100 км в час?
— Не знаю. У меня приказ министра: при замене прав необходима доверенность от нотариуса.
Спорить было бессмысленно, но на всякий случай я зашел в юридическую консультацию. Там дали выписку из Конвенции о правовой помощи, которую в 1993 году подписали страны СНГ (в том числе Белоруссия и Россия): "Форма и срок действия доверенности определяется по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой выдана доверенность". Выходит, действуют мои доверенности и в Белоруссии. Иду назад в ГАИ — уже к начальнику. Показываю выписку из конвенции. И получаю ценнейший совет:
— Вот и ехайте со своей выпиской в свою Москву!
Уже приехал.
Юрий Калашнов
обозреватель