Новая сессия Госдумы, как всегда, началась со скандала. Однако, вопреки устоявшейся думской традиции, он был всего один, да и то без драки. Репортаж из Думы ДМИТРИЯ Ъ-КАМЫШЕВА и СЮЗАННЫ Ъ-ФАРИЗОВОЙ.
Традиция начинать думский сезон с выяснения политических отношений сложилась давно. Набравшись сил за время отпуска, депутаты в первый день обычно щедро делились с коллегами своими мыслями о судьбах Родины, прибегая для убедительности к сильным и не вполне парламентским выражениям.
То ли на этот раз народные избранники плохо отдохнули, то ли с мыслями у них стало совсем худо, но многолетняя традиция оказалась нарушена. Первое заседание прошло скучно и серьезно, и если бы не неугомонный Владимир Жириновский, то старые думские обычаи были бы похоронены окончательно.
Впрочем, сначала солировать пытались представители других фракций, но даже самые "горячие" темы звучали в их изложении не слишком зажигательно.
— Сейчас много говорится о расследовании катастрофы "Курска",— начал, к примеру, Юрий Никифоренко (КПРФ).
Журналисты напряглись, ожидая "наезда" на Путина, но депутат надежд не оправдал:
— Надо собрать все талантливые силы для расследования, а во главе госкомиссии поставить секретаря Совбеза Сергея Иванова — вместо Ильи Клебанова, который растерялся.
Пресса не смогла сдержать вздоха разочарования.
— Тут некоторые политики делают заявления, которые отрицательно сказываются на социальной обстановке! — взял слово Виталий Гуков (ОВР).— Например, Чубайс объявил об отключении электричества у должников!..
Труженики пера схватились за блокноты в надежде услышать очередной призыв "посадить Чубайса", но снова просчитались:
— Надо пригласить вице-премьера Христенко, пусть он отчитается, как мы будем жить! — неожиданно закончил Гуков.
Непривычно серьезным выглядел и лидер агропромышленной группы Николай Харитонов. Вместо того чтобы по обыкновению призвать к восстановлению очередного памятника, он предложил принять постановление об изменении меры пресечения олимпийскому чемпиону Александру Тихонову, обвиняемому в подготовке покушения на Амана Тулеева (см. стр. 3).
— Генпрокуратура разыгрывает двойной стандарт,— объяснил аграрий.— Гусинского и Быкова освободили, а русского спортсмена держат в тюрьме два месяца.
— Мы разделяем пафос Харитонова,— возразил лидер группы "Регионы России" Олег Морозов,— но такое постановление было бы давлением на следствие.
— Нет тут никакого пафоса! — обиделся на иностранное слово патриот Харитонов.— А если господин Морозов не желает голосовать, пусть не голосует!
Морозов и еще полторы сотни его коллег к этому совету, видимо, прислушались, и предложение агрария не прошло.
Тут-то и настало время вождя ЛДПР. В "группе разогрева" выступил дагестанец Гаджи Махачев ("Народный депутат"), выразивший неудовольствие антикавказскими заявлениями Жириновского после взрыва на Пушкинской площади.
— В стране происходят трагические события, а некоторые официальные лица допускают высказывания, затрагивающие национальную гордость целых народов,— грозно изрек он.— Предлагаю принять постановление о несоответствии занимаемой должности... Адольфа Вольфовича Жириновского!
В зале повисла пауза. Спикер Геннадий Селезнев понял, что должен как-то реагировать, и робко произнес:
— Давайте не путать имена и отчества...
— Я подал в Генпрокуратуру заявление о возбуждении в отношении Жириновского уголовного дела,— не унимался Махачев.— Пора уже его посадить на место!
— Депутат Махачев, видимо, недавно в Москве,— откликнулся либерал-демократ.— У нас все люди свободны и могут выражать свое мнение. А его предложение — это трижды хуже, чем фашизм!
— Давайте не будем омрачать начало сессии,— почуял неладное Селезнев, отключая у Жириновского микрофон. Но лидера ЛДПР это не остановило.
— Вы слышите, что он говорит? — кричал вице-спикер, встав со своего места и тыча указательным пальцем в направлении Махачева.— "Вы останетесь без башки!" И это у нас, в парламенте! Да это же бандит!
Через пару минут Селезневу удалось унять бушевавшего либерал-демократа, а у заскучавших журналистов наконец-то появился смысл жизни. Едва Жириновский вышел из зала, его обступила толпа корреспондентов. Либерал-демократ охотно рассказал, что "мы обязательно потопим американскую подлодку", а "на Кавказе нужно все зачищать".
— А Махачев даже не понимает европейских приличий,— подытожил вождь ЛДПР.— Он и в Думе постоянно ходит в шапке. Ну хочешь быть в шапке — так сиди у себя в чуме, в сакле...
Скандал с Махачевым так и остался единственным в этот день полноценным всплеском эмоций. В остальное время депутаты без особого энтузиазма приняли программу законопроектной работы на осеннюю сессию (см. справку), отклонили подготовленные СПС поправки к закону об обороне (правые предлагали установить жесткие ограничения на применение президентом вооруженных сил без одобрения парламента) и рассмотрели ряд экономических законопроектов (см. также стр. 1). По пути из зала в кабинеты дружно закупали в буфете торты и котлеты. А в прежние времена в дни открытия сессий популярностью пользовалась "Столичная"...