Активы пошли другим путем
Эксперты изучили изменения в практике изъятия собственности в пользу государства
В последние полтора года в России наблюдается смена трендов в делах об изъятии частных активов. Как следует из проведенного адвокатским бюро NSP анализа судебной практики, сокращается число изъятий в результате оспаривания результатов приватизации при одновременном наращивании количества антикоррупционных исков. Также фиксируется снижение суммы изъятых активов. Их общая стоимость за январь—август 2026-го оценивается в 980 млрд против 2 трлн руб. годом ранее.
Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ
Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ
Адвокатское бюро NSP («Некторов, Савельев и партнеры») проанализировало практику арбитражных судов и московских судов общей юрисдикции по изъятию частных активов в пользу государства. Как следует из этого обзора (есть у “Ъ”), в 2026 году общая стоимость изъятых активов заметно ниже, чем годом ранее. По итогам января—августа этот показатель составил 980 млрд руб. против примерно 2 трлн руб. за аналогичный период 2025-го (всего за прошлый год — 3,1 трлн руб.).
Для изъятия активов сейчас есть несколько оснований: это, в частности, нарушение правил приватизации или законодательства о стратегических предприятиях, а также коррупционные обвинения. Среди громких дел этого года — изъятие акций ПАО «Русагро» (часть пакета была возвращена одному из совладельцев — см. “Ъ” от 30 июня) и холдинга КИМП (см. “Ъ” от 24 июня).
Как следует из обзора, тренды в практике национализации несколько изменились.
Среди позитивных изменений NSP отмечает принятие закона о сроках давности при оспаривании сделок приватизации — иски об истребовании такого имущества не могут подаваться по истечении десяти лет с момента его выбытия из госсобственности. Однако сроки давности не распространяются на антикоррупционные и антиэкстремистские иски (см. “Ъ” от 14 мая). Закон вступил в силу только в июне 2026 года, но решение Конституционного суда о необходимости применения сроков исковой давности к деприватизационным искам принято в конце 2024-го. На этом фоне количество таких требований стало уменьшаться еще в 2025-м. По оценкам NSP, сумма изъятых активов в 2025 году составила 6 млрд против 194 млрд руб. в 2024-м.
При этом повышается роль антикоррупционных исков — их количество, по подсчетам NSP, выросло до 54 за январь—август этого года против 45 за весь 2025 год и 13 исков в 2024-м. Впрочем, отмечается, что на практике таких дел больше — возможность их отслеживания ограничена. Общая стоимость изъятых в таком порядке активов, несмотря на рост числа требований, пока далека от прошлогодних значений — сумма оценивается в 745 млрд руб. против почти 1,2 трлн руб. за весь 2025 год (в 2024-м — 155 млрд руб.).
Также, отмечают юристы, органы прокуратуры стали чаще инициировать вторичные иски — например, об изъятии дополнительных активов или об изъятии имущества у лиц, связанных с ответчиком по первоначальному иску.
Ранее глава РСПП Александр Шохин отмечал необходимость установления гарантий для добросовестных приобретателей активов, полученных предыдущим собственником вследствие коррупционных нарушений (см. “Ъ” от 29 апреля). В частности, надо, по его мнению, предусмотреть, что переданное на возмездной основе третьему лицу имущество может быть обращено в доход государства, только если новый владелец знал о его коррупционном происхождении либо является аффилированным лицом или близким родственником нарушителя.
Как поясняет партнер NSP Роман Макаров, снижение объема изъятий связано, в частности, с тем, что значительная часть наиболее крупных объектов уже стала предметом государственных требований в предыдущие периоды, а также с введением срока давности по спорам о приватизации. Кроме того, говорит он, в сфере антикоррупционных исков ранее основное внимание было сосредоточено на масштабных активах — сейчас проверки все чаще затрагивают активы бывших госслужащих «любого уровня благосостояния», включая выявление имущества их аффилированных лиц и производных активов.
Изъятое приносит доход экс-владельцам
В марте 2026 года на коллегии Генпрокуратуры глава надзорного ведомства Александр Гуцан назвал имущественные иски прокуроров действенным ответом «корыстолюбию». В апреле на заседании Совета федерации он привел цифры: за 2025 год по искам его подчиненных в доход государства обращены активы, оцениваемые в 2,5 трлн руб. В их числе — 32 стратегических предприятия нефтегазовой отрасли, портовой и транспортной инфраструктуры.
В мае на коллегии Генпрокуратуры господин Гуцан заявил, что в работу Росимущества и Федеральной службы судебных приставов по исполнению судебных постановлений необходимо внести значительные изменения. Он указал на системные просчеты: не налажено эффективное управление активами, их сохранность, реализация и вовлечение в оборот.
Одной из серьезных проблем, по мнению генпрокурора, стало затягивание судебными приставами исполнения решений по искам прокуроров. В результате имущество фактически продолжает приносить доход тем, у кого оно было изъято судом, незаконно используется третьими лицами или приходит в запустение ввиду ненадлежащего содержания.
По словам вице-президента Торгово-промышленной палаты Дениса Французова, результат 2025 года во многом сформировали несколько очень крупных дел — например, стоимость обращенных в доход государства активов группы «Домодедово» оценивалась более чем в 1 трлн руб. Среди текущих трендов он также называет повышение роли антикоррупционных оснований для подачи исков и появление вторичных требований к дополнительным активам и имуществу связанных лиц.