Как заложили «Арктику»

3 июля 1971 года на стапелях Балтийского завода в Ленинграде заложили головной атомный ледокол проекта 10520. Судно, получившее имя «Арктика», изменило представление о возможностях полярного мореплавания и доказало, что Северный морской путь способен стать круглогодичной транспортной магистралью. 55 лет — не просто круглая дата для истории флота. Это повод вспомнить о технологическом прорыве, который и сегодня обеспечивает России лидерство в высоких широтах.

Ледовый исполин

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Решение о строительстве принципиально нового атомохода, превосходящего по мощности первенца атомного флота — ледокол «Ленин», было продиктовано задачами освоения Арктики. Разработку поручили ленинградскому ЦКБ «Айсберг», главным конструктором назначили Андрея Евдокимовича Перевозчикова. Судостроители Балтийского завода трудились в связке с будущим экипажем: моряки пришли на стапель задолго до спуска судна на воду, чтобы досконально изучить сложнейшее оборудование. Команду возглавил капитан Юрий Сергеевич Кучиев — полярник с колоссальным опытом, до этого водивший атомоход «Ленин».

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Даже по современным меркам технические характеристики «Арктики» впечатляют. Длина корпуса — около 148 м, водоизмещение — 23 тыс. т. Сердцем судна стала двухреакторная атомная установка мощностью 75 тыс. лошадиных сил. Запаса провизии хватало на 7,5 месяцев непрерывного пребывания в высоких широтах, а перезагрузка ядерного топлива требовалась раз в четыре года.

Главной инженерной инновацией стала способность корпуса противостоять давлению паковых льдов. Судостроители применили высокопрочную легированную сталь с усиленным ледовым поясом. По замыслу Перевозчикова, атомоход должен был не резать лед, как обычный ледокол, а наползать на него сверху и продавливать своей массой. Именно поэтому носовую оконечность сделали скошенной, а корпус приобрел характерные бочкообразные обводы, не дававшие льдам сжать судно. Для борьбы с тяжелейшими торосами предусмотрели креновую и дифферентную системы: насосы за секунды перекачивали воду между цистернами, раскачивая судно с борта на борт и с носа на корму. Это позволяло дробить лед вокруг корпуса, не теряя хода. По судну разместили 86 радиационных датчиков.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

«Арктику» спустили на воду 26 декабря 1972 года, а 25 апреля 1975-го на ледоколе подняли государственный флаг. Судно приняли в эксплуатацию.

Выход в точку Северного полюса

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Через два года после подъема флага «Арктика» отправилась в поход, ради которого ее и строили. 9 августа 1977 года ледокол вышел из Мурманска. На борту находились 207 человек — экипаж, исследователи, журналисты и министр морского флота Тимофей Гуженко, возглавивший экспедицию. Задача формулировалась коротко: достичь Северного полюса в активном надводном плавании. До этого такое не удавалось никому — атомные субмарины всплывали здесь только в разводьях, да и то не всегда.

Готовились основательно: погрузили два вертолета Ми-2 с аппаратурой для замера толщины льда, бульдозер, стройматериалы, взрывчатку и продовольствия на восемь месяцев — на случай вынужденного дрейфа. Маршрут проложили от Мурманска к северной оконечности Новой Земли, затем в сторону Диксона и дальше по 130-му меридиану, где проходит подводный хребет Ломоносова: из-за перепада глубин и течений там постоянно возникают разрывы ледовых полей.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

К штурманской работе привлекли капитана 1-го ранга Владимира Владимирова, знавшего высокие широты по подводным походам. Капитан предложил после 84-го градуса северной широты перейти в квазигеографическую систему координат — так ходили подводные лодки, и для надводного судна это было внове. Ледокол сопровождала атомная подводная лодка Северного флота.

Миновав пролив Вилькицкого, «Арктика» повернула на север и 15 августа пересекла 85-ю параллель. Здесь начинались канадские многолетние льды толщиной 3–4 м. Начались «заклинки»: ледокол застревал, и его не могли высвободить ни креновая, ни дифферентная системы. «Один раз сидели четыре часа,— вспоминал старпом Анатолий Ламехов.— Едва выскочили из одной — попали в другую, третью. Было четыре серьезных "заклинки", но все-таки прорвались».

Журналист Олег Жадан, находившийся на борту, передавал: «Огромные глыбы бьются о борт ледокола, он вздрагивает и кренится. Иногда кораблю не удается с ходу пробить ледяную гряду, и тогда он отступает на минуту и снова идет вперед. На нижних палубах стоит такой грохот, как будто там включили фонограмму батального кинофильма».

В ночь на 17 августа на ледоколе не спали. В четыре утра по московскому времени вахтенный штурман Павел Ню объявил по трансляции: «Внимание экипажа! В четыре ноль-ноль наш ледокол вышел в точку Северного географического полюса!».

Конституция на флагштоке

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

На лед спустились почти все. Погода не подвела: около нуля, полный штиль. Подняли флаг СССР, а капитан Кучиев принес к флагштоку древко флага Георгия Седова — полярного исследователя, погибшего при попытке достичь полюса в 1914 году. Почтили минутой молчания его и всех, кто не вернулся из арктических экспедиций.

К флагштоку прикрепили капсулу с проектом новой Конституции СССР — ее примут через два месяца. Дали салют из ракетниц: 21 залп. В металлический футляр заложили список участников похода и свежие мурманские газеты. В океан опустили чугунную плиту с гербом Советского Союза.

Замерили лед — 4,5 м, глубину — 4220 м. Вокруг флагштока очертили круг диаметром 30 м, и участники экспедиции бегали по нему, за несколько секунд пересекая все меридианы Земли.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

«Нас собрали на корме и зачитали поздравительную телеграмму от Брежнева,— рассказывал участник похода Василий Котовский.— То, что поздравления прислал сам генсек, означало: событие действительно государственного, если не планетарного масштаба».

Обратно «Арктика» пошла напрямую, к западной оконечности Земли Франца-Иосифа, и 22 августа в 20:00 пришла в Мурманск. Весь поход занял 13 суток. За это время прошли 3852 морских мили, из них 1200 — в многолетних льдах. Экспедиция доказала: круглогодичная навигация по кратчайшим маршрутам Северного Ледовитого океана возможна.

«Этим рейсом мы открыли новую главу в истории арктического мореплавания,— сказал министр Гуженко.— Стало очевидно, что для атомоходов не осталось ледовых преград». Ледокол наградили орденом Октябрьской Революции.

«Плавание во льдах — это вечный риск»

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Капитан Кучиев, оценивая поход, говорил: «Плавание во льдах — это вечный риск. Могут произойти тысячи неожиданностей: сломаться конус гребного вала, отвалиться винт. В этом случае ледокол лишается трети мощности. Может сложиться ситуация, когда, затертый льдами, он должен будет пытаться вырваться из ледового плена. Поэтому на борту был аварийный запас продовольствия, чтобы хватило всему экипажу примерно на восемь месяцев. Было все необходимое, чтобы построить аэродром. Особое беспокойство вызывали ажурные винты диаметром 5,7 м. Но даже в самые тяжелые моменты плавания "Арктики" они выдержали».

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Предыдущая фотография

Следующая фотография

1 / 2

Ледокол «Леонид Брежнев» во время ледокольной проводки в Карском море

Фото: Владимир Вяткин / РИА НОВОСТИ

Ледокол «Арктика» в ожидании утилизации. 2012 год

С 1982 по 1986 год атомоход носил имя «Леонид Брежнев», позже историческое название вернули. Ледокол отработал более 30 лет, проведя через льды тысячи караванов, пока в 2008 году его не вывели из эксплуатации. В 2012-м исключили из реестра судов. В 2018-м отбуксировали в Мурманскую область на утилизацию. Однако заложенные более чем полвека назад инженерные идеи живы. По проекту 10520 и его модификациям страна построила еще пять атомных гигантов: «Сибирь», «Россия», «Советский Союз», «Ямал» и «50 лет Победы». Именно опыт «Арктики» лег в основу строительства новейших универсальных атомных ледоколов проекта 22220, которые сегодня покоряют льды Севморпути. В дальнейшем к Северному полюсу подходили «Сибирь» в 1987-м, «Россия» в 1990-м, «Советский Союз» в 1991-м, «Ямал» в 1992-м — но первой была «Арктика».

Анна Кашурина