Выровнять в развитии

Проблему неравномерного развития регионов российские власти и представители крупного бизнеса пытаются решить не одно десятилетие. Тем не менее пока положение только обостряется. Есть ли выход из сложившейся ситуации, пыталась разобраться Виктория Красикова.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Представители российской власти декларируют, что развитие регионов сегодня связано не только с крупнейшими агломерациями, но и с малыми и средними городами, которые зачастую обладают собственной экономической специализацией и серьезным потенциалом роста. Именно они формируют опорный каркас территорий: у многих уже есть промышленная, логистическая или перерабатывающая база, но ей не хватает системной поддержки — прежде всего инфраструктуры и инвестиций.

«Одна из ключевых задач — сокращение различий в качестве жизни между крупными городами и малыми территориями. Сегодня реализация национальных проектов в небольших городах и сельской местности зачастую идет медленнее, в том числе из-за нехватки квалифицированных специалистов на местах — тех, кто способен готовить проекты, сопровождать строительство и контролировать качество работ»,— говорит заместитель председателя комитета Государственной думы по строительству и ЖКХ, Александр Аксененко.

Кроме того, отмечает парламентарий, федеральные программы не всегда учитывают специфику конкретных территорий. Решения, эффективные для мегаполиса, могут быть менее актуальны для небольших населенных пунктов, поэтому регионам и муниципалитетам необходимо больше гибкости при реализации программ развития.

«Ключевая задача — переход от точечных решений к комплексному развитию территорий: через мастер-планы и механизмы КРТ, которые увязывают жилье, рабочие места, транспорт и социальную инфраструктуру. Отдельный вопрос — состояние ЖКХ. Высокий износ коммунальных сетей сегодня становится одним из главных ограничений для роста, напрямую влияя и на качество жизни, и на инвестиционную привлекательность территорий»,— рассуждает господин Аксененко.

Борьба за человека

Валерия Савиных, архитектор и урбанист, сооснователь и управляющий партнер бюро городской среды «Spaces / Пространства», считает, что современная стратегия развития российских территорий окончательно перешла от модели дотационного выравнивания к жесткой конкуренции за человеческий капитал. В условиях, когда мобильность профессиональных элит достигла исторического пика, регионы вынуждены предлагать не просто рабочие места, а полноценную жизненную экосистему с высоким инвестиционным потенциалом. «Мы рассматриваем этот процесс как трансформацию пассивных географических координат в работающий экономический актив. Сегодня создание точки роста — это математически выверенная синергия государственного мастер-планирования и частного девелопмента»,— говорит она.

Директор по развитию ГК «Едино» Максим Жабин считает, что главная нераскрытая точка роста российских регионов не в отдельных отраслях, а в агломерационном эффекте. «Россия по большому счету страна нескольких десятков городов-миллионников и их пригородов. Качество жизни в этих агломерациях определяет, останется ли там человеческий капитал»,— рассуждает он. Для сглаживания различий, по его мнению, нужна единая логика мастер-планирования. Транспорт, жилье и социальная инфраструктура должны проектироваться в связке. Немаловажны и реальные финансовые инструменты для среднего девелопмента в регионах, проектное финансирование, длинные кредиты, инфраструктурные бюджетные кредиты. «Третье — кадровый суверенитет. Главные архитекторы, ГИПы, проектировщики и рабочие должны быть на месте, а не вахтой из столиц»,— уверен господин Жабин.

Сергей Хромов, генеральный директор ООО «Город-спутник "Южный"», полагает, что одним из наиболее универсальных механизмов развития экономики остается строительство и реализация крупных проектов комплексного развития территорий. «Практически во всех странах и регионах мира именно масштабные инфраструктурные, градостроительные и инвестиционные проекты являются универсальной точкой роста. Они создают рабочие места, привлекают частные инвестиции, стимулируют развитие малого и среднего бизнеса, формируют спрос на недвижимость, стимулируют развитие транспорта, сферы услуг и социальной инфраструктуры»,— указывает он.

Крупные жилые и научно-образовательные кластеры становятся центрами притяжения инвестиций и человеческого капитала, а также формируют вокруг себя новую деловую активность, создавая основу для долгосрочного экономического роста территории.

По мнению господина Хромова, сокращение различий между регионами во многом зависит от качества инфраструктуры, доступности образования, современных рабочих мест и комфортной среды для жизни. Чем больше возможностей для профессионального и личного развития получают жители на своей территории, тем устойчивее развивается регион и тем сильнее становится его экономика.

Сергей Шашурин, директор компании «Расцветай Столица», с коллегой согласен: «Стимулом для развития регионов прежде всего выступают крупные инфраструктурные проекты, включая транспортную, энергетическую и цифровую инфраструктуру, которые снижают издержки бизнеса и повышают мобильность населения».

Еще одним значимым стимулом, по его мнению, является внедрение налоговых и административных преференций для приоритетных инвесторов, таких как территории опережающего развития или особые экономические зоны. Не менее важна конкуренция регионов за человеческий капитал, то есть программы по привлечению и закреплению квалифицированных кадров через жилье, социальные пакеты и гранты.

И, наконец, необходима разумная децентрализация бюджетных полномочий с передачей части налоговых доходов на места при условии четких ключевых показателей эффективности их использования.

«Нераскрытый потенциал заключается в нескольких направлениях. Во-первых, это развитие малой и средней глубокой переработки сырья внутри регионов, поскольку сегодня многие территории производят сырье, а добавленная стоимость создается в столичных центрах или за рубежом. Во-вторых, практически не задействованы туризм и креативные индустрии на депрессивных территориях, которые могли бы дать отдачу при наличии связной логистики и маркетинга. В-третьих, почти отсутствуют межрегиональные производственные кооперации, например, когда компоненты выпускаются в одном регионе, а финальная сборка — в другом. Сегодня значительный ресурс заложен в государственно-частном партнерстве в социальной сфере, в образовании и здравоохранении, что напрямую влияет на удержание населения»,— перечисляет возможные стимулы для роста господин Шашурин.

Для сглаживания различий между регионами важно не стремиться уравнять их любой ценой, а создать равные стартовые условия для конкуренции. Требуется переориентировать бюджетные трансферты с латания дыр на инвестиционное развитие, то есть предоставлять субсидии под конкретные проекты с условием софинансирования. «Необходимо утвердить федеральные стандарты доступности базовой инфраструктуры — дорог, связи, медицины,— которые не зависели бы от бюджетной обеспеченности конкретного региона. Кроме того, полезна ротация управленческих кадров, когда опытные команды из более успешных регионов временно направляются в отстающие. Требуется стимулировать межрегиональную миграцию трудовых ресурсов через компенсацию переезда и предоставление временного жилья, чтобы люди ехали туда, где есть работа, а не оставались в безнадежных условиях»,— настаивает господин Шашурин.

Требуется инфраструктура

Мария Попова, генеральный директор компании ООО «ВИВЭД», напоминает, что у многих субъектов России уже есть сильные компетенции: производство, сельское хозяйство, переработка, оборудование, компоненты, сырье для промышленности. Однако часто этот потенциал не ведет к росту, потому что компаниям не хватает не столько самого продукта, сколько управленческой и внешнеторговой инфраструктуры. «Важно наладить логистику, работу с контрактами и международными платежами, таможенное сопровождение, сертификацию и понятный маршрут выхода на новые рынки. Сгладить различия между регионами можно, если развивать не отдельные проекты, а полноценные цепочки. Речь идет о связке: производство — складская инфраструктура — транспортные коридоры — переработка — экспортное сопровождение — сервисные компании вокруг крупных предприятий»,— рассуждает госпожа Попова.

Татьяна Алехина, директор по маркетингу компании «Метиз», считает, что точки роста в регионах возникают там, где вместе развиваются производство, компетенции и доступ к качественным услугам. «Если говорить о сглаживании различий между регионами, то здесь ключевой вопрос — не только в финансировании, но и в доступе к компетенциям. Когда экспертиза сосредоточена в нескольких крупных центрах, разрыв неизбежно растет. Поэтому для выравнивания нужны межрегиональные программы подготовки кадров, тиражирование лучших практик и более равномерное развитие профильной инфраструктуры»,— полагает она.

Плюсы и минусы

Нередко в прошлые годы звучали тезисы о том, что многие регионы или города оказались депрессивными из-за узкой специализации. Но госпожа Алехина считает, что специализация регионов сама по себе — это скорее плюс. Она позволяет формировать сильные кластеры и накапливать экспертизу. «Но устойчивый рост возникает там, где специализация дополняется смежными направлениями. Иначе регион становится слишком зависимым от одной отрасли. Наиболее перспективна модель, при которой вокруг базовой специализации формируется более широкая экосистема — производство, сервис, образование и кадры»,— говорит госпожа Алехина.

С ней согласен и господин Аксененко, он настаивает, что специализация регионов — не ограничение, а преимущество, если она подкреплена инвестициями, современной инфраструктурой и возможностями для развития бизнеса. «Именно такой подход позволяет превращать локальные особенности в полноценные точки роста и постепенно снижать дисбаланс между регионами»,— подчеркивает депутат.

Госпожа Попова считает, что специализация региона — это благо, но при одном условии: если она не перерастает в зависимость от одной отрасли. Сильный кластер дает субъекту конкурентное преимущество. Однако устойчивый рост начинается тогда, когда вокруг развиваются малый и средний бизнес, логистика, сервисы и компетенции во внешнеэкономической деятельности, уверена она

Сергей Тронин, доцент кафедры финансового и инвестиционного менеджмента факультета «Высшая школа управления» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, считает, что для равномерного развития регионов необходима синхронизация стратегий различных субъектов федерации. «Стимулом для развития регионов сегодня выступают "разворот на Восток" и создание новых транспортно-логистических коридоров. Нераскрытый потенциал кроется в развитии межрегиональных кооперационных цепочек: субъекты должны перестать конкурировать за федеральные субсидии и начать дополнять друг друга в рамках единых производственных кластеров. Сглаживание различий требует не просто дотаций, а выравнивания условий для бизнеса через развитие преференциальных режимов (ОЭЗ, ТОР) и опережающее строительство инфраструктуры. Специализация регионов — это безусловное благо»,— полагает эксперт.

В условиях дефицита ресурсов попытка развивать «все и сразу» ведет к распылению капитала. Четкое позиционирование (будь то IT-хаб, нефтехимический кластер или агропромышленный центр) позволяет региону встроиться в глобальные цепочки создания стоимости и стать центром компетенций, притягивающим лучшие кадры, уверен господин Тронин.

Нераскрытый стимул

Евгений Матвеев, управляющий директор ПАО «ПТК АгроТех», считает, что самый заметный нераскрытый стимул для развития регионов — это локальный спрос на продукцию и услуги своих же предприятий. «Завод живет не от лозунгов, а от понятных технических заданий и стабильных заказов: если у регионального бизнеса и агрохозяйств появляется возможность системно закупать оборудование, металл, сервис у производителей из своего субъекта, это сразу превращается в точку роста. Сегодня значительная часть государственных и агрозакупок уходит в тендеры, где региональный поставщик часто проигрывает не по качеству, а по доступу к процедурам и масштабу игроков. При этом простая настройка правил игры — когда администрация региона и профильные министерства не просто выдают субсидии на "любое оборудование", а дополнительно поощряют покупку у местных производств,— дала бы синергетический эффект: и промышленность с заказами, и сельхозпредприятия с льготами, и деньги остаются в регионе»,— уверен он.

Эксперт говорит, что сейчас в большинстве программ господдержки логика такая: «Вот вам льготный лизинг, грант или субсидия — покупайте, что хотите и где хотите». Это помогает отдельным компаниям, но почти не работает на выравнивание регионов. «Если бы часть этих инструментов была привязана к местным поставщикам (например, базовая скидка действует для всех, а дополнительная — при закупке у производителя из своего субъекта), появился бы реальный стимул развивать свои заводы и сервис. При этом региональное развитие — не только про агро. У России объективно разная география отраслей: где-то логичен упор на сельское хозяйство, где-то — на нефть и газ, где-то — на металлургию. Специализация регионов — это нормально и закономерно: было бы странно выращивать помидоры в Заполярье или ставить металлургический комбинат там, где нет сырьевой базы. Важно другое: чтобы вокруг базовой отрасли выстраивалась экосистема своих подрядчиков — от металлообработки до сервисных компаний»,— делится господин Матвеев.

Он, как и его коллеги считает, что региональная специализация — это благо, если она не превращает регион в «одного крупного работодателя в чистом поле». «Там, где есть аграрный профиль, логично поддерживать свои машиностроительные, ремонтные, сервисные предприятия и стимулировать кооперацию между ними и хозяйствами. Там, где есть сырье,— добирать переработку и локальных поставщиков оборудования. Тогда специализация работает как двигатель: регионы отличаются климатом и ресурсами, но имеют сопоставимые шансы за счет того, что вокруг базовой отрасли растет слой небольших и средних производств, которые получают заказы от своих же и не вынуждены всю жизнь оставаться «цехом на субподряде» у федеральных игроков»,— подчеркивает аграрий.

Мария Николаева, руководитель архитектурного бюро MAD Architects, полагает, что нераскрытый потенциал регионов кроется не в сырье и не субсидиях, а в аутентичности, переведенной в экономику активов. Сегодня этот ресурс задействован менее чем на 15%, полагает она.

Стимулом для развития может стать симбиоз креативных индустрий, архитектуры и малого бизнеса. «Один качественный объект дает мультипликатор 1:5. Глобальный инвестор и турист готовы платить премию 25–40% за подлинный ландшафт и среду — это не сезонный доход, а долгосрочная устойчивость»,— считает она.

Специализация регионов — благо, если она не навязана директивно, а вырастает из локального контекста, считает архитектор. Проблема, по ее мнению, не в отраслевой фокусировке, а в монозависимости без креативного слоя. Различия между регионами — это ресурс конкуренции. Сглаживать нужно не уровень развития, а доступ к капиталу и качественным проектным компетенциям.

«Главный риск сегодня: креативные индустрии подключают финально, когда генплан уже утвержден. Капитализация рождается, когда архитектор, экономист и куратор работают вместе с первой минуты. Архитектура — самый точный, но все еще недооцененный инструмент регионального развития»,— рассуждает госпожа Николаева.

«Разумной моделью является опорная специализация с подстраховкой: регион развивает две-три естественные для себя отрасли, но одновременно целенаправленно растит смежные сервисы: логистику, переработку отходов, образовательные программы. Такой подход позволяет не обрушиться в кризис и сохранить возможность для диверсификации»,— резюмирует господин Шашурин.