По пути Дзигоро Кано

27 апреля Владимир Путин в Санкт-Петербурге приехал в новую школу олимпийского резерва имени Анатолия Рахлина. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников рассказывает, с какой историей про него будет жить теперь одна юная гимнастка.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Помните, он на инаугурацию к вам не смог приехать? — показывал Владимиру Путину фотографию Анатолия Рахлина его сын Михаил Рахлин.

Сын очень уж похож на отца (так все же не всегда случается), так что Владимир Путин должен, мне кажется, вздрагивать каждый раз, когда видит сына своего учителя по самбо и дзюдо.

Я помню, как российский президент приезжал в Петербург проститься с учителем и как потом долго шел один по петербургской улице. Он-то тем более не забыл.

В зале, где занимались юные дзюдоисты, президент, прежде чем зайти на татами, хотел снять обувь, но его переубедили. Он так, в ботинках, потом и сфотографировался с ними, стоявшими с голыми ногами.

— Первая атака ложная, вторая — бросок! — громко при нем учил детей тренер.

Вот эти уроки в свое время усваивал и сам Владимир Путин.

Мы обходили зал за залом, и школа казалась мне все более грандиозной. На детях тут не экономили. Да вообще ни на чем не экономили. Анатолий Рахлин сказал бы спасибо. Впрочем, было кому сказать и сейчас. Михаил Рахлин много говорил с президентом.

Наконец Владимир Путин зашел в гимнастический зал.

— Давно занимаешься гимнастикой? — спросил он одну девочку.

— Семь лет — сказала затрепетавшая, но не потерявшая присутствия духа девочка.

— А сколько же тебе лет?

— Десять...— молвила девочка.

Была затем поцелована в лоб.

Эта короткая история произвела на Владимира Путина такое впечатление, что он через несколько минут по пути в другой зал даже мне неожиданно ее пересказал в мельчайших подробностях, видимо сомневаясь, что я слышал, и заботясь о том, чтобы я чего-то, не дай бог, не упустил.

В зале, где занимались юные фехтовальщики, президент попробовал пальцем рапиру: остра ли? Похоже было, что не очень.

В конце концов в зале, где собрались преподаватели школы и спортсмены—дзюдоисты и самбисты, Владимир Путин вручил Михаилу Рахлину для коллектива региональной федерации дзюдо Санкт-Петербурга орден Почета.

— Я справочки посмотрел, честно говоря, сам об этом не знал: с 1929 года культивируется дзюдо в Ленинграде, а потом и в Петербурге! — воскликнул он.— Пользуясь случаем, хотел бы поздравить с юбилеем федерации всех ветеранов, которых я здесь вижу, дзюдо Ленинграда и Санкт-Петербурга и нынешних спортсменов и наставников, которые блестяще продолжают лучшие традиции легендарной ленинградской школы дзюдо...

Тут в зале погас свет, а поскольку окна были зашторены, то сразу стало темно, и для кого-то это была, видимо, ужасная проблема — учитывая хотя бы только что случившееся с Дональдом Трампом на ужине с журналистами.

— Нас ничего не смущает, мы продолжаем как обычно...— раздался голос господина Путина.—... И ее (школы.— А. К.) замечательных тренеров, в том числе Анатолия Соломоновича Рахлина, основателя центра, в котором мы сегодня находимся!

Свет зажегся, и потом выяснилось, что просто кто-то нажал спиной выключатель. Делов-то, как говорится. Однако вот как легко нарушить общее спокойствие.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Немало ленинградцев и петербуржцев, занимавшихся дзюдо, добиваются успехов не только в спорте, но и в общественной жизни...— добавил господин Путин, и в его устах звучало убедительно.

— Особенно радует, что количество занимающихся дзюдо постоянно растет. В одном только Санкт-Петербурге 19 спортшкол и более 3,5 тыс. детей, которые выбрали, как мы знаем с вами хорошо, «мягкий путь» Дзигоро Кано,— добавил президент.— Выбрали, говоря словами самого мастера, быть не лучше кого-то, а лучше, чем сам был вчера...

Хотя бы понятно, к чему следует стремиться.

Здесь, в школе, сначала, по информации “Ъ”, было запланировано чаепитие. Но Владимира Путина в Президентской библиотеке имени Ельцина ждал министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи.

Так что российский президент попрощался со всеми в небольшом зале.

Правда, наскоро не получилось — слишком много было знакомых и просто друзей. Со всеми надо было обняться.

— Привет, Вася!..— слышал я оттуда, из центра зала.— Салют!..

Чужих тут не было.

Как Владимир Путин встретился с Аббасом Аракчи — читайте в репортаже «Иран и его раны».